— Что это?! — Регина вскочила, оглядываясь. Шлем её быстро сомкнулся, скрывая лицо за непрозрачным забралом.
Её пленница тоже была уже на ногах. Протаранив Жницу плечом, она отпихнула её в сторону и бросилась бежать — как есть, со скованными за спиной руками. В свете качающихся на цепях светильников её фигура отбрасывала на стены причудливые тени — казалось, будто зал снова наполнился толпой посетителей, мечущихся в панике из стороны в сторону.
Споткнувшись в суматохе об перевёрнутую лавку, Хестия потеряла равновесие и едва не рухнула лицом вниз. Но Регина, догнав её, подхватила сзади за шкирку.
— Быстрее! Наверх! — выкрикнула она.
Землетрясение было каким-то странным. Через несколько секунд после первого мощного толчка последовала целая серия повторных, но они оказались гораздо слабее. А потом и вовсе всё стихло — только откуда-то из туннелей, ведущих в другие подземные помещения замка, доносились отголоски небольших обвалов. К счастью, на их пути крупных обрушений не было — Регина, волоча за собой пленницу, пронеслась по туннелю к вертикальной шахте, в которой располагалась винтовая лестница, пронизывающая все этажи подземелий до самой поверхности.
Наверху они были через несколько минут. К этому времени толчки давно стихли. Впрочем, уже было понятно, что это никакое не землетрясение. Скорее взрыв или обрушение чего-то большого. Для того, чтобы понять, что именно рухнуло, пришлось забраться на крепостную стену. Но ещё по дороге, пробиваясь через толпу перепуганных людей, Регина расслышала выкрики:
— Мост! Кто-то взорвал мост!
Добравшись, наконец, до подходящей смотровой площадки, Регина остановилась, подтянув к себе поближе арестованную и не давая ей вырваться. Впрочем, та пока и не пыталась сбежать. Вместе с остальными Хестия с изумлением глядела вниз, перегибаясь через зубец крепостной стены.
Там, где каньон Наксос разветвляется на два русла, расходящиеся далеко в стороны, со дна его поднимается чудом уцелевший островок. Он больше похож на грубо вытесанную из камня колонну с плоской верхушкой и расширяющимся к низу основанием. Мосты, переброшенные на этот остров, с высоты похожи на стежки или скобы — будто кто-то попытался соединить расползающиеся лоскуты суши.
Собственно, так и есть. И именно на верхушке этой скалы и выстроен Крысиный замок.
Мост, ведущий на северо-запад, соединяет его с трактом на Долину Багровой пасти. Северный мост тоже ведет в земли номадов, но в другую их часть — более приспособленную к жизни. Там, помимо банд кочевников, в последнее время даже образовываются посёлки вольных людей — в основном из числа беглых рабов, преступников или изгнанных из прайда гракхов. Хотя всё чаще в вольные земли уходят и обычные люди, мечтающие о свободной жизни. Южный же мост ведёт к анклавам — в самую густонаселённую и цивилизованную часть континента.
И именно в Южном мосту сейчас зияла огромная брешь. Обрушился почти весь центральный пролет и не меньше половины опор в средней части. Каким-то чудом уцелела лишь узкая каменная полоска справа, но по ней теперь явно не пройдёт даже средних размеров повозка, не говоря уже о тяжелогруженых. Остался проход только для пеших.
Будто издеваясь над этими мыслями, и эта полоска, едва держащаяся за край опоры, вдруг тоже с грохотом обвалилась в пропасть.
Глава 1
Мы шли по пустошам второй день. Однако, несмотря на унылость пейзажа и монотонность нашего путешествия, заскучать я не успел. В голове постоянно крутились мысли о будущем.
Для того, чтобы выживать в этом мире и дальше и успешно воплотить все мои планы, мне понадобится очень многое.
Во-первых, помощники и союзники. В одиночку тут точно не справиться. При этом не стоит полагаться, например, только на Ординаторов, или только на Дом Мэй. У них у всех свои мотивы и интересы, которые мне не до конца известны. Так что надо стараться лавировать между ними, не даваясь в руки.
Во-вторых — нужны будут ресурсы. Деньги, оружие, информация, артефакты Аракетов — всё, что может пригодиться.
В-третьих — какая-то база. Место, где я буду в безопасности, где можно будет укрываться самому, собирать единомышленников. В конце концов, где можно будет хранить свои вещи.
Но, пожалуй, ключевой ценностью является моя собственная сила. Это фундамент, на котором предстоит выстроить всё остальное. Какой прок от самых хитроумных планов, если сам я буду уязвим и слаб? Стоит мне умереть — и всё пойдёт прахом.
Вспомнились слова Акаманта.
Может, тебя и правда невозможно убить в бою. Но даже самого искусного воина можно застать врасплох. На пиру, в постели, в дороге. Нельзя предусмотреть всего.