– Ясно, – ответил Ракеш. Если его слова были правдой, это вполне могло повлечь за собой некоторую дурную славу.
– Отчет о внутрисетевом трафике узла, который, по словам самой Лал, послужил ей точкой входа в балдж, наконец-то, достиг узла, послужившего ей точкой материализации, – объяснил посланник. – На это ушло какое-то время, поскольку ее слова о нехватке ключей шифрования, связывающих эти узлы, оказались правдой. Когда дефицит ключей был устранен, и оба узла сравнили свои данные, стало ясно, что Лал солгала о своем происхождении.
– Но ведь отсюда еще не следует, что она ни разу не попадала внутрь балджа, – возразила Парантам. – Она могла войти в него из другой точки, а данные, когда ты сверялся с ними в последний раз, возможно, еще не были синхронизированы.
– Когда я покидал Дарья-е-гашанг, это, строго говоря, было возможно, – неохотно согласился посланник, – но даже тогда возможностей для подобного маневра оставалось совсем немного. Сейчас на значительной территории западного внутреннего диска распространено убеждение, что ее сотворили отчужденные: что воспользовавшись знаниями обо всех незашифрованных путешественниках, которых они могли изучать в течение тысяч лет, они создали правдоподобного гражданина Амальгамы, а потом заслали ее в диск… в общем, с какой-то непонятной целью.
– И где же она теперь? – спросил Ракеш.
– Никто не знает. О ее отправлении с узла, где мы с ней встретились, нет никаких записей.
Ракеш рассмеялся. Он не был уверен в том, что Лал чем-то отличалась от самого обыкновенного путешественника, не желавшего оставлять подробных записей о своем передвижении; возможно, ее рассказ о клане синхронистов был прикрытием для более сложной и скверной правды. И пусть даже она была посланником Отчуждения – которое, предлагая «потомку ДНК» заняться исследованием метеора, от недостатка коммуникабельности было вынуждено сформулировать свою просьбу в слегка недобросовестной манере – разве это само по себе давало повод для беспокойства?
– Я рад, что ты решил поделиться с нами этой новостью, – сказал Ракеш, – но на наши планы она никак не повлияет. Я не одобряю мошенничество, но послание Лал по своей сути не было какой-то выдумкой. Парантам рассказала тебе о наших открытиях?
– Да.
– Тогда как нам следует поступить? Если Отчуждение хотело нам навредить, мешать им уже слишком поздно, а тот факт, что ты смог добраться до нас, чтобы сообщить эти подозрения, лишь понижает шансы такого расклада.
– Я прибыл не для того, чтобы предупредить вас насчет Отчуждения, – сказал посланник. – Я прибыл, чтобы предупредить вас насчет Амальгамы.
– О. – В этот момент Ракеш ощутил накатившую на него волну неловкости.
– Нешифрованные, не прошедшие аутентификацию путешественники, пользующиеся коротким маршрутом, который проходит через балдж, всегда действовали на свой страх и риск. Дело не только в том, что с ними могут сделать сами отчужденные; принимающие узлы на противоположной стороне балджа, вообще говоря, не обязаны материализовывать или перенаправлять данные, не подтвердившие свою подлинность. Со времен Лейлы и Джазима и первой волны ажиотажа, последовавшего за открытием сети Отчуждения, обитатели внутреннего диска стали на регулярной основе делать исключения для данных, двигающихся по короткому пути. Но по мере распространения слухов о том, что Отчуждение действует за нашей спиной – штампуя самозванцев, которых они выплевывают в наши сети в качестве шпионов и саботажников – эта беспечная политика начинает вызывать сомнения.
– Значит, когда наши дела здесь будут завершены, и придет время возвращаться назад…, – сказала Парантам.
– Это может оказаться сложнее, чем вы думали, – закончил за нее посланник. – Амальгама, возможно, не захочет принять вас обратно.
ГЛАВА 14
– Тридцать три, – сосчитала Рои, энергично помахивая сначала задней левой, а затем передней левой ногой.
– ТРИДЦАТЬ ТРИ! – ответили в унисон детишки, в точности копируя ее действия.
– Тридцать четыре. – Рои помахала сначала задней левой, затем средней левой.
– ТРИДЦАТЬ ЧЕТЫРЕ! – эхом отозвалась детвора.
– Тридцать пять, – один взмах задней левой ногой, затем еще один ей же.
– ТРИДЦАТЬ ПЯТЬ!
– Тридцать шесть. – Рои прыгнула как можно выше, постаравшись дважды, четко и ясно, взмахнуть передней правой ногой, прежде чем снова опустилась на землю.
– ТРИДЦАТЬ ШЕСТЬ! – Хотя детишки не могли прыгать так высоко, как она, им хватало проворства и сил, чтобы повторить ее движения еще до того, как их потянуло вниз.
Рои устало опрокинулась на спину. Детишки, конечно же, скопировали и этот нечаянный росчерк. Порой они и правда доводили до белого каления.