– Что же такое свет? – подумала вслух Рои, дожидаясь, когда рассеется тьма.
– Возможно, он состоит из очень мелких частиц ветра, – предположил Зак. – Это бы объяснило, почему он может проникать в камни глубже, чем все остальные фракции. Похоже, что он может проходить сквозь любой материал, кроме металла.
– Но, скорее всего, легко рассеивается, – заметил Руз, – иначе в Затишье бы стояла вечная темнота. Камни не могут полностью остановить движение света, но могут менять его направление.
– Именно. – Зак был заинтригован наблюдением Руза, но не знал, как развить эту мысль.
– Если свет – это часть ветра, то разве мы сможем хоть что-то увидеть, оказавшись за пределами Накала? – спросила Рои.
– Свет Накала может частично достигать нас за счет рассеяния, – ответил Зак. – Но слабый ветер может исходить и из самой пустоты.
– Включая свет?
– Будем надеяться, – сказал Зак. – Насчет пустоты с уверенностью можно сказать только одно: это область, в которой разрежение Накала достигает такой степени, что к нам, сквозь камни, он уже не проникает. Но это еще не означает, что там ничего нет.
Туннель снова начал светлеть. Стенам всегда требовалось какое-то время, чтобы засветиться в полную силу, но оставалось неясным, в какой степени это объяснялось временем, необходимым свету, чтобы пробиться сквозь породы Осколка, а в какой – постепенным переходом между пустотой и Накалом. Снаружи им, возможно, бы удалось оценить четкость границы, разделявшей эти области пространства, но оставаться там дольше, чем длилось полное затмение, было бы небезопасно.
Когда часы Руза показали, что их путешествие длится уже без малого полторы смены, они решили остановиться на ночлег. До Встряски большинство людей имели более или менее одинаковые представления о продолжительности смены и чувствовали утомление примерно после одного и того же периода бодрствования. Из-за периодического наступление темноты это время возросло, но конкретная величина варьировалась от человека к человеку.
Когда они проснулись, Руз первым занял место в упряжке. После дюжины циклов света и тьмы его место заняла Рои, которая в этот раз, наконец-то, ощутила тяжесть тележки, которую приходилось тянуть вверх. С расстоянием джонубный вес возрастал в два с лишним раза медленнее, чем гармовый и сардовый – одновременно они двигались и в сторону рарба, вклад которого в общий вес был равен нулю – но если забыть о подобных оправданиях, этот факт демонстрировал, насколько медлительным было их продвижение, раз уж пришлось так долго добираться до места, где, наконец-то, стала иметь значение разница между верхом и низом.
Затишье выглядело как никогда пустынным; если не считать попадавшихся им время от времени курьеров, которых Рои опознавала издалека по их собственным тележкам, в туннелях, казалось, не было ни души. Участники экспедиции коротали время, строя непринужденные теории и догадки, и воздерживались от мрачных прогнозов насчет судьбы Осколка. К концу второй смены Рои и Руз тащили тележку вместе, а тому, кто оказывался спереди приходилось еще и следить за возможными препятствиями. Дорога стал тяжелой, и Рои начало казаться, что их вынужденные привалы были не такими уж и частыми.
В середине третьей смены, когда компания замедлила шаг перед наступлением темноты, Рои заметила впереди проблеск света. Сначала она подумала, что это всего лишь рудная жила, которая затухала медленнее окружающих ее камней, но когда темнота сгустилась, контраст стал только сильнее. Красноватое пятно света четко выделялось на фоне черноты; свечение было неровным, но полностью не исчезало. Оно медленно двигалось, подчиняясь ритму, который напомнил Рои человеческую походку, будто кто-то нес источник света им навстречу.
– Ты слышишь шаги? – спросил Руз.
Рои прислушалась. – Да.
– Там пять человек, – сообщил Руз. – И какая-то машина.
– Поверю тебе на слово. – Дюжину сердцебиений спустя она смогла различить двоих человек впереди небольшой группы. К спине одного из них был привязан какой-то предмет, который и был источником света.
– Что я дожил до таких чудес, – тихо произнес Зак.
Рои прокричала слова приветствия, не зная наверняка, смогли ли незнакомцы разглядеть их троицу при помощи своей диковинной иллюминации. Те поприветствовали ее в ответ, опасливо, но в то же время дружелюбно.
Когда группа подошла ближе, Рои поняла, что Руз оказался прав: их было пятеро. Они познакомились; того, кто нес светильник, звали Луд, остальных – Джос, Руд, Кот и Сад.