– Мне не по душе вламываться в Ковчег, пока мы не дали им возможности ответить. Сложно сказать, как должно выглядеть наше предупреждение, учитывая, что они, похоже, совсем не интересуются внешним миром, но нам стоит хотя бы попытаться.
– Звучит вполне разумно, – согласилась Парантам.
Но было ли разумным заходить внутрь? Ракеш попытался отстраниться от своих насущных планов и взглянуть на ситуацию объективно. Вне зависимости от того, жили ли в местном Ковчеге потомки единой культурной династии, уходящей корнями в цивилизацию сталеваров, эти существа, а может быть, уже их предки, претерпели немало бед от неподвластной от стихии. Имели ли они право приложить все усилия, чтобы заглушить окружавшую их Вселенную и жить своей жизнью внутри этого кокона? Амальгама действительно была в силах предложить им куда более безопасные условия, чем те, которыми могла похвастаться даже самая стабильная орбита в этой коварной части космоса, но было бы наивным считать, что попытка контакта произведет на них нейтральное впечатление. В диске Амальгама обычно не вступала в контакт с цивилизацией, прежде чем та осваивала межзвездные путешествия; исключения из этого правила нередко заканчивались неприятностями.
Он повернулся к Парантам. – Если предположить, что Ковчег населен, то разве Отчуждение не в состоянии обеспечить их безопасность? По-твоему, они действительно не знали об этом месте, пока сюда не пришли мы?
– А кто сказал, что они за ними не присматривают? – возразила она. – Они может быть, прямо сейчас корректируют орбиты местных звезд. Возможно, они уже заключили эту искру жизни в свои гигантские ладони, чтобы уберечь ее от опасности – и делают это с той же педантичностью, с какой защищают балдж от незваных гостей.
– Тогда зачем мы здесь? Чего они от нас хотят?
Парантам покачала головой. – Я могла бы состряпать полуправдоподобную теорию о том, что они ищут компаньонов для этих одиноких подкидышей, но, по правде говоря, просто не знаю. К тому же читать их мысли – не наше дело; наши обязанности касаются лишь обитателей Ковчега.
– Но в чем именно состоят эти обязанности? – Ракеш сам не до конца осознавал, как сильно был напряжен, пока не услышал это в собственном голосе. Он не хотел взваливать на свои плечи судьбу цивилизации, но в то же время не мог просто развернуться и уйти. Люди, пережившие скитания своего мира между звездами, пережившие его крушение, заслуживали прибежища. Но чего ему точно не хотелось, так это бесцеремонно ввалиться туда и разрушить их рай, если они все-таки сумели обрести его на новом месте.
– Неважно, управляют ли отчужденные нами откуда-то из-за кулис, неважно, есть ли им вообще какое-то дело до этого места – в конечном итоге мы можем полагаться лишь на собственное суждение, – сказала Парантам. – Все, что нам остается – это действовать с осторожностью. Я думаю, нам стоит выждать несколько недель, чтобы дать им возможность ответить на наше сообщение. Если никто не отзовется, мы как можно незаметнее войдем внутрь и посмотрим что к чему.
Стоя на поверхности Ковчега в точке максимального сближения с нейтронной звездой, Ракеш чувствовал плазменный ветер и приливную силу тяготения, которые пытались столкнуть его, отбросив в аккреционный диск. Все равно что висеть вверх ногами на сильном ветру, но при слабой гравитации и очень низком давлении. Липкие подушечки на ступнях желейки могли без труда сопротивляться натиску его веса, но постоянное тянущее усилие все же вызывало дискомфорт. Неудивительно, что за все время наблюдения они ни разу не видели местных жителей, которым бы, несмотря на все риски, хватило глупости выйти наружу.
– Давай, нам сюда, – сказала Парантам. Он направился следом за ней по серой равнине; его липкие стопы ощущали шероховатость, хотя на глаз поверхность казалась гладкой и практически не была изъедена кратерами. Окружавшая их плазма была невероятно горячей, но отличалась крайне низкой плотностью; исходя из абсолютной температуры, можно было подумать, что она способна моментально поджарить все что угодно, однако расчет энергетической плотности показывал, что в реальности все обстояло куда более мирно. Внутренний край диска вместе с падающей на поверхность звезды плазмой испускал жесткое излучение, которое было бы губительным для любой органики, но их аватарам ничего не угрожало, а внутри их защитой будут служить стенки самого Ковчега.