– Когда минуем Странника, нам стоит окружить Средоточие стеной, – предложил он. – Чтобы будущие поколения ни при каких обстоятельствах не оказались в нашем положении.
– Окружить Средоточие стеной? – Сэн издала звук, выражающий радостное недоверие. – И из чего же она будет сделана?
– Пока не знаю, – ответил Хаф. – Но нам нужно выйти за пределы кривизны Средоточия и возвести стену на таком расстоянии, чтобы оно уже никого не смогло притянуть.
– И как же нам выйти за пределы его кривизны? – возразила Рои. – Даже если Накал тянется настолько далеко, ветер там будет слишком слаб, чтобы двигать Осколок.
– Мы будем улавливать его и толкать своими силами, – настаивал Хаф.
– Как? – спросила Сэн. – Разве ветер может приводиться в движение чем-то кроме кривизны?
– А что приводит в движение наши ноги? – парировал он. – Кривизна здесь ни при чем.
– То есть мы будем улавливать ветер и толкать его ногами? – уточнила Сэн.
– Ну это уже просто глупости, – сказал в ответ Хаф.
Поднабравшись уверенности, Сэн довела расчеты до конца. Они проверили несколько конфигураций заслонок, переключаясь между ними по мере того, как взаимное расположение туннелей и ветровых потоков менялось вслед за вращением Осколка. И хотя заметить отклонения в их движении на фоне отдаленных огоньков пустотовидцы смогут не раньше, чем через несколько смен, люди, расположившиеся вблизи стен туннелей могли уже сейчас измерить разницу в потоке ветра, проходящего сквозь камень; похоже, что в общем и целом все шло по плану: ветер сталкивался со стенами в нужное время и в нужных местах.
Рои снова ощутила проблески надежды. Смерти и урон, который нанесла катастрофа, оставили свои шрамы на всех жителях Осколках, но их мир выстоял. Согласно расчетам Кэм, восстановление первоначальной ориентации туннелей само по себе даст неплохие шансы уйти от столкновения со Странником; им не придется строить дополнительные туннели, рискуя новыми разломами Осколка.
Сообщение от Руза подтвердило, что своенравное вращение ощутимыми темпами сходило на нет. С каждым последующим отчетом пустотовидцев новости становились все более и более обнадеживающими. Когда скорость вращения приблизится к нулю, им потребуется тщательно проследить за тем, чтобы туннели приняли подходящую ориентацию, но поскольку каждый новый толчок совершался в тот момент, когда они располагались более-менее параллельно движению ветра, застрять в положении, когда создаваемая туннелями тяга окажется равной нулю, можно было лишь при сочетании полного отсутствия удачи и исключительной недальновидности.
После катастрофы минуло немало смен, прежде чем Рои снова начала думать о собственной работе. Слишком уж много было отвлекающих факторов и обязанностей; к тому же часть ее надеялась, что долгий перерыв в работе счетчика по возвращении вознаградит ее свежими идеями.
Стимулом вновь взяться за работу, впрочем, послужило не новое озарение, а тревожное приложение к одному из отчетов Руза насчет слабеющего вращения Осколка. – Темные фазы сокращаются быстрее, чем когда-либо, – говорилось в его послании. – Через восемнадцать смен они, вероятно, исчезнут совсем.
Рои надеялась, что у них будет больше времени. Может быть, их погружение было спровоцировано инцидентом или тем, как они на него отреагировали, а, может быть, плоскость Накала становилась толще по мере удаления от Средоточия; так или иначе, пользоваться благоприятной возможностью, которую подарила Встряска, им оставалось совсем недолго.
Тяга, которую туннели смогут извлечь из окружающего их ветра, станет немного сильнее, а поводов для беспокойств насчет пищи, наоборот, поубавится. Выбора у Рои все равно не было, поэтому она попыталась сосредоточиться на преимуществах, которые они должны были получить после возвращения в Накал.
Самую знаменательную из грядущих перемен игнорировать, однако же, было практически невозможно. Пустотовидцам можно было собирать свои инструменты и приниматься за работу на полях или выпас сусков. Ведь в отсутствие темных фаз даже при всей изобретательности Чо им бы ни за что не удалось разглядеть пустоту сквозь сияние самого Накала.
На этот счет их будущее не вызывало никаких сомнений. К моменту сближения со Странником Осколок вновь утратит способность видеть.
ГЛАВА 25
Ракеш сидел на кухне «Обещания Лал», перемешивая вилкой лежащий перед ним рис, и никак не мог взяться за еду. Он уже пропустил три вошедших в привычку послесменных встречи с Зей, а сейчас приближалось время четвертой. Не имея четкого ответа на ее просьбу, Ракеш не знал, как посмотрит ей в глаза.