– Новых бригадах? – Зуда ее слова как будто озадачили.
Рои не смогла придумать простого способа, чтобы описать команду, в которую мог входить Зак. – Которые занимаются новой работой. Работой, о которой вы раньше не слышали.
Не снижая темпа, Зуд освободил три ноги, чтобы пробарабанить свое изумление. – Работа, о которой я раньше не слышал? Работа, которую кто-то придумал на пустом месте?
Если бы так весело себя повел ее коллега, Рои по обыкновению бы любезно предпочла сохранить молчание, но сейчас ее новая роль путешественницы придала ей смелости. – По-вашему, все современные работы существовали с начала времен?
– Они все необходимы, – ответила Сиа. – Если бы в прошлом ими никто не занимался, это была бы настоящая катастрофа.
– Они полезны, – возразила Рои. – Но в прошлом мы вполне могли заниматься чем-то другим, чтобы удовлетворить те же самые потребности. Не говоря уже о том, что и сами потребности с тех могли измениться.
– Потребности могли измениться? – Зуду каким-то образом удавалось превращать ее более чем разумные предположения в оксюмороны.
– Разве вы каждый раз возите один и тот же груз?
– Конечно нет, – ответила Сиа. – Но суть нашей работы от этого не меняется. К тому же в долгосрочной перспективе все усредняется.
– Что, если разразится массовый голод? Тогда суть моей работы наверняка поменяется: мне придется защищать резерв от нападения других людей.
Сиа была несогласна. – Даже если вы будете защищать его не от клещей, а от голодных орд, ваша основная обязанность останется той же самой – следить за здоровьем и неприкосновенностью резерва.
Эти слова вывели Рои из себя. – Что, если земля уйдет из-под ног? Что, если обвалятся туннели? Что, если мир разорвет надвое? Этого будет достаточно, чтобы что-то поменять?
Оба ее спутника замолкли. Рои не могла решить, означало ли это, что они негласно признавали ее доводы, или же она оскорбила их своей неистовой речью. Вероятно, она переступила черту.
Через некоторое время Сиа спокойно, будто обращаясь к ребенку, объяснила: «Жизнь тяжела и далека от совершенства. Пусть наш мир испорчен. Это еще не означает, что Осколок действительно был частью чего-то большего, что буквально разорвало на части. Это всего лишь легенда, Рои. Мир всегда был и всегда будет таким, каким мы его знаем».
Рои сопровождала курьеров до хранилища, а затем стала искать место для отдыха. Она устала так, будто проработала целую смену на краю; даже не имея при себе никакого багажа, ей было тяжело угнаться за Зудом и Сиа, которые привыкли работать по плотному графику и совершать восхождение за фиксированное время. Ветер уже был настолько слабее привычного ей, что Рои больше не ощущала потребности в поиске жилы, которая могла бы сыграть роль укрытия; она просто прошмыгнула в первую попавшуюся трещину и отключила зрение.
Проснувшись, она первым делом поймала себя на мысли о том, что не понимает движение ветра. На гарме он дул со стороны Накала у шаркного края и, пробиваясь через пористые породы Осколка, выходил с противоположной стороны. На сарде поток был обратным. Посередине между этими разнонаправленными ветрами располагалось Затишье. Движение ветра каким-то образом соотносилось с распределением весов, но природа этой связи была далека от очевидной: ветер определенно дул не так, как падали обычные предметы. Нулевая линия проходила посередине Затишья, но само Затишье занимало гораздо большую территорию, которая охватывала целую равнину, простиравшуюся с шомаля на джонуб и, параллельно нулевой лини, с рарба на шарк.
Рои поднялась и решила отправиться в путь пораньше, чтобы быстрее обсудить эту проблему с Заком.
Несмотря на то, что даже здесь ее цикл, по всей видимости, был синхронизирован со многими из местных жителей, рабочие, шагающие на смену, не вызывали в ней чувства вины. В мягком свете происходящее казалось слегка нереальным, пока Рои не скорректировала зрение усилием воли; она привыкала к изменениям по мере путешествия, но, просыпаясь, по привычке возвращалась к минимальной чувствительности, которая больше годилась для края Осколка.
Свет, разумеется, тоже подчинялся определенной закономерности. Казалось вполне разумным, что все должно быть ярче там, где ветер, идущий от Накал, ударял по Осколку с максимальным усилием, но Рои доводилось слышать, что сард-рарбный край был освещен меньше гарм-шаркного. Был ли там слабее ветер или причина заключалась в чем-то другом? Возможно, после изучения весов Зак возьмется за исследование ветра и света?
Продолжая двигаться вверх, Рои мысленно наложила на окружающий мир карту уровней Зака – вереницу неосязаемых слоев, которые ей предстояло пересечь на своем пути. У нее не было с собой копии этой карты, но опираясь на свои воспоминания, Рои мысленно представляла, как набирает ход, и каждый следующий шаг покрывает все большее расстояние, чем предыдущий, по мере того, как обременявший ее вес медленно сходит на нет.