- Хочешь начать сейчас?
- Не очень.
- Хорошо.
- Хорошо.
Замолкаем.
Но как-то становится легче быть рядом с ним. Не так инородно…что ли? Не знаю.
Глупо.
Тихо усмехаюсь, глядя на цветок, и Эванс сразу реагирует.
- Что тебя насмешило?
Бросаю на него взгляд. Макс держит в руках красный стакан, и в его случае это едва ли вода.
- Не думаешь, что это дико глупо?
- Конкретней.
- Тратишь свои чудные деньки на нахождение в заброшенной оранжерее, хотя мог бы сейчас тусить.
Макс издает свой смешок, кивает пару раз и отставляет стакан в сторону, потом откидывается на руках назад и жмет плечами.
- Честно?
- Допустим.
- Завтра будет полнолуние, поэтому мне сейчас не до вечеринок.
Хмурюсь.
Признаться честно, я о волках знаю очень-очень мало. В смысле…какие-то общие вещи — да, но их тайны? Нет. Отец запрещает нам изучать волков. Особенно мне. Точнее, его запрет в большей степени касается меня, ведь Тайлер его открыто игнорирует, да и дружит с волками. Ему даже лекции не нужны! В любой момент он может задать всякий вопрос, пришедший в голову.
У меня такого нет, и сейчас…черт, я цепляюсь за возможность приоткрыть завесу тайны.
Не могу иначе…
- Почему?
Макс сразу понимает, что у него получилось заинтересовать меня, поэтому становится…собственно, собой. Хитро прищуривается, а потом говорит.
- Правда за правду.
- В каком смысле?
- Я отвечаю на твой вопрос, ты на мой.
Прекрасно знаю, какой это будет вопрос, чтоб его…ну, и фиг с ним! Мною руководит тотальное любопытство, но, что еще главнее…мне с ним не страшно. Даже быть откровенной…
Медлю всего пару мгновений, потом киваю.
- Хорошо.
- Ух, не ожидал, что это будет так просто…- Макс улыбается, двигается ближе к краю стола и отгибает уголки губ, - Ну, собственно…что? В полнолуние все волки чувствуют…своего волка слишком сильно. Можно сказать, он доминирует, а перед полнолунием все наши чувства обостряются.
- То есть…
- В доме слишком шумно. Алкоголь немного помогает, поэтому вечеринку не отменили. Мы немного подавляем нашего зверя, но я не люблю тусовки перед полнолунием. Мне больше по душе тишина и…
- Это больно? - вырывается тихое, Макс замирает.
Он снова смотрит слишком долго, будто ему ни разу не задавали такой вопрос. Уверена, это не так. Эванс не ограничивается одними волчицами, среди его побед, что, очевидно, есть и ведьмы, а я не представляю себе влюбленную девушку, которая ни разу не спросила у своего любимого человека, не больно ли ему? Ведь ведьмы, даже изучая, никогда до конца не поймут, что это значит…быть волком.
- Я спросила что-то не то? - начинаю переживать, но он мотает головой.
- Нет, просто…неважно. И нет. Это не больно. На самом деле, нет ничего прекраснее полнолуния. Это единение.
По телу пробегают мурашки, а на щеках выступает румянец. Макс говорит вроде бы просто, но о таких внезапно интимных вещах, что я…меня…опять. Во все стороны…
- Моя очередь.
Киваю и отвожу глаза в сторону.
- Ты спросишь о нем.
- Я спрошу о нем, - ухмыляется, - Так что? Кто же этот загадочный…
- Это мой отец.
Чувствую, что ответ его сильно поражает, и я понимаю. Никто не знает, каково это — быть его дочерью на самом деле…
- Только он называет меня полным именем, и каждый раз, когда он это делает, я чувствую себя…в клетке.
Снова ощущение полнейшей растерянности. Я издаю смешок и бросаю на Макса взгляд.
- Я тебя удивила?
- Не то слово.
- Не такая я принцесса, судя по всему, да?
- Твой отец тебя обожает.
Эта фраза заставляет меня рассмеяться.
Какое громкое «па», право слово. Шикарное и такое поверхностное…
- Почему ты смеешься?
- Что ты вообще обо мне знаешь? - поворачиваюсь к нему лицом и складываю руки на груди, - Судя по всему, ничего.
- Ты удивишься.
Снова тихо смеюсь, прикрыв глаза и медленно мотаю головой.
Это такой бред…какой же это бред и лицемерие…
- Разве…
- Все не так… - неожиданно для самой себя, я шепчу, глядя на носки своих туфелек, - На самом деле, все не так, как кажется…
- Брось. В прошлом году на последнем вечере он аж сиял, когда тебя награждали, маленькая заучка.
- Ты не понимаешь, о чем ты говоришь…
- Объяснишь?
- Забудь. Чтобы это понять, надо родиться девочкой Стоунов, - подняв глаза, я улыбаюсь и жму плечами, - Все нормально, я не обижаюсь. И в то, что ты считываешь лишь то, что тебе показывают, тоже. Это нормально. Чужая душа — потемки.
- Тайлер говорит, что он любит тебя больше всех, - вдруг выпаливает он, отчего я наклоняю голову набок и тихо цыкаю.
- Потому что Тайлер — идиот. Его не бывает дома, и он тоже видит только то, что лежит на поверхности. А точнее, он психует, потому что я не иду против отца, и его это бесит.