Если больно, значит, все еще не так печально. У меня есть шанс…
- Вот черт…черт, черт, черт…!
Я слышу голос. Очень далеко, не могу понять, кому он принадлежит: мужчине или женщине? Но я слышу его и цепляюсь изо всех сил, как за спасательный круг.
И еще. Этот голос…я будто бы его знаю. Или знала раньше? Или…
- Твою мать!
Различаю нотки злости, убеждаюсь только сильнее. Я точно его знаю!
Постой…не пропадай…говори со мной. Говори…
- Что происходит?! - будто бы слышит меня и реагирует сразу же.
Ему отвечает второй голос.
- Отойди!
- Что происходит?! Что…
- Я сказал — вали отсюда, твою мать! Ты мешаешь!
Нет, не уходи…
Тишина.
«Нет, пожалуйста, продолжайте говорить, пожалуйста…» - проносится у меня в голове, когда я снова оказываюсь в темном, страшном месте, откуда нет выхода…
Здесь так холодно.
Здесь так чертовски холодно…
Пожалуйста! Скажи что-нибудь…
Знакомый голос снова меня словно слышит и сразу же дает желаемое.
- Что с ней?
Хороший вопрос. Умный голос. Правильно…
- Что с ней?! Ты, сука, серьезно задаешь этот тупой вопрос?
- А похоже, что я шучу?!
- С ней то, что всегда происходит, когда кусает вампир. Серьезно!
- Ой, заткнись…
Голос будто готов усмехнуться? Нет, это бред какой-то…кто станет шутить в такой момент? Только конченый придурок!
Внутри моей души происходят какие-то вибрации, но я не могу понять, что они значат. Понимаю только одно, что куда важнее, чем сопоставление знакомых мне людей с хозяином этого голоса: я стала чуть ближе к жизни. Тьма отступает…
Слава богу.
- Она скоро очнется…
- Я останусь.
- В этом нет…
- Я сказал — я останусь! Иди.
Кажется, я слышу смешок?…
Да нет.
Или да да?
Господи, какой сюр.
Опять шаги. И темнота. Кажется, я снова отрубаюсь, но когда прихожу в себя, обретаю наконец-то сознание.
Больше я не в той ужасающей тьме. Я вернулась…
Резко сажусь, делаю глубокий, сухой вдох, а потом начинаю кашлять. Страх все еще бьется вместе с пульсом, и да, мне страшно. Я не хочу обратно, поэтому изо всех сил цепляюсь за обивку дивана, будто она поможет мне остаться здесь…
Где бы это «здесь» ни было.
Пахнет странно. Хвоями и деревом, лесом. Дождем. Свежестью и чем-то еще…чем-то загадочным, притягательным. Слегка пряным.
Медленно открываю глаза. Первое, что я вижу — это свои ладони. Кожу на них стянуло, а пальцы стали липкими…
«От крови…?!»
- Господи… - еле слышно выдыхаю, морщусь и больше всего на свете мечтаю помыть руки.
Главное, не думать о крови. Не думай. Не думай. С детства у меня достаточно резкая форма гемофобии, поэтому надеюсь, что теперь меня не стошнит сверху…
- Ну привет, Амалия.
От страха и неожиданности, я резко поворачиваюсь и выкидываю руку, сжатую в кулак, в сторону. Если честно, то наугад. Просто луплю куда придется, и по странному стечению обстоятельств…не поверите, попадаю! Во что-то твердое, за чем следует…
- Ауч! Ты нормальная?!
Фокус начинает обретать смысл, а точнее, мозг догоняет зрение. Теперь все вообще обретает смысл…и откуда я знаю этот голос тоже.
Весь мой шок и потерянность моментально сменяется злостью. Передо мной на диване сидит он: Макс Эванс — один из главных волков нашей школы, заноза в моей заднице и лучший друг моего брата Тайлера.
Твою мать!
Наши отношения с Максом Эвансом можно описать одним словом: катастрофа. Я его на дух не переношу, как в принципе, и он меня. Каждый раз, когда мы сталкиваемся с ним в коридорах школы, он не упускает возможности вставить пару шпилек мне под кожу. Всегда складывалось впечатление, будто я для него что-то вроде красной тряпки для быка. У этого придурка плешивого будто зудит в необходимости отколоть очередной, очень «остроумный» комментарий.
Сволочь…
- Ты, - чуть прищурившись, шиплю, как дикая кошка, а он ухмыляется.
- Я.
Во всей этой ситуации есть кое-что позитивное. Мой мастерский хук справа явно угодил ему в нос, и это радует. До того момента, пока Макс не отнимает от него руку и не протягивает нагло.
- Отличное начало трудовой недели.
Трудовая неделя или неделя Труда — особый праздник нашего города. Три недели в году отводилось именно для него. Он был тесно связан со сбором и посевом урожая, а начинался именно в середине марта, еще одна неделя была в конце мая, а последняя в конце сентября, ведь именно в конце сентября принято собирать урожай и сеять новый. Бизнесмены из высшей касты проводили эти три недели в путешествии на корабле вниз по реке, на которой стоял наш город. Они заключали сделки, общались, светили лицами на радость прессы, а вот студенты…Студенты использовали этот праздник по-своему, конечно же. Недельный отгул было принято проводить в том самом путешествии, напиваясь до состояния полного невменоза.