И опять страх.
Опять тьма.
И больше ничего…
Нет…
Жмурюсь. Я хочу остаться здесь! И я пытаюсь, но мне так сложно…
Давлю на сердце, словно так смогу его успокоить, но пульс продолжает зашкаливать, разнося по телу мощные толчки. Я ощущаю его в горле, ушах, и даже на кончиках пальцев. Все исчезает и рябеет, покрывая мир дымкой, а мое тело холодным потом с мурашками.
Наверно я бы все-таки потеряла сознание, если бы не одно «но».
Неожиданно горячие руки сжимают мои плечи, трясут. Я стараюсь ухватиться за их силу и тепло, но ничего не понимаю. Тогда обжигающие пальцы сжимают мой подбородок.
Лицо Макса так близко…я никогда не видела его так близко, а сейчас он почти касается моего носа своим. Он что-то говорит, но я все еще не слышу ни слова. И пусть. Его глаза…они очень красивые. Отливают серебром, как его волосы. На щеке небольшая родинка в форме полумесяца…
Говори.
Будь рядом.
Только не уходи…
Мне сейчас даже не стыдно за такие мысли. Я цепляюсь за его футболку, стараюсь понять, чего он от меня хочет, но на самом деле концентрируюсь на его глазах.
Именно они вырывают меня из лап ужаса…
Макс упорно повторяет то, что пытается донести уже какое-то время, и если секундой назад я не помнила, что означают слова в принципе, то сейчас мне удается разобрать…
«Дыши»
Он продолжает держать меня за подбородок, а второй рукой показывает, как вбирает, а потом выпускает из себя воздух.
«Повторяй»
Я киваю часто-часто, пытаюсь повторить. Его не отпускаю и не отпущу! Ни за что…по крайней мере, пока.
Паника отступает.
Не с первого раза, но мне удается вспомнить, как нужно дышать. Я начинаю повторять за ним, сердце замедляется, звон отступает.
Со мной такое бывает. Я многого боюсь, поэтому панические атаки не новость, только…мне никогда раньше не удавалось выходить из них так просто. Может быть, благодаря Тайлеру? Но его здесь нет, а я…уже делаю короткие вдохи, опираясь на человека, на которого никогда и не думала опереться.
Но он здесь. Его тело — мой маяк, а глаза? Держат меня сильнее любых цепей. Да и не цепи это…якорь. Он мой якорь…Кто бы мог подумать, да? Макс Эванс удержал меня от падения, но в тот момент это казалось так просто…следовать за ним. За его запахом и его огнем…
Я сижу на коленях посреди его комнаты. Подо мной мягкий, пушистый ковер, и я все еще держусь за свое сердце и за него. А я наконец-то смотрю ему в глаза с осознанием…и удивлением.
- Эй, все нормально, хорошо? Ты в безопасности, Лия, а я рядом с тобой…никто тебя не тронет в моем доме.
Я почему-то ему верю. Пару раз киваю и делаю полноценный вдох, киваю еще раз.
- Спасибо…
Мы не друзья и никогда ими не будем. Он все еще дико меня бесит, но…в этот момент я ему искренне благодарна.
Глава 3. Последствия и открытия
Амалия
Магия — это тонкая субстанция, которая может пошатнуться из-за любого, неудачного движения. Магия момента — еще тоньше. Она как еле заметная мембрана, и если относится к ней грубо, тут же порвется.
Мы с Максом продолжаем сидеть на полу его комнаты и смотреть друг другу в глаза. Я понять не могу, что происходит, правда, да и не хочу в этом разбираться. Момент потрясает, удивляет и ошеломляет в своей простоте, но магия момента — тоньше еле заметной мембраны. Его слишком легко порвать.
Дверь резко открывается, и я вздрагиваю. Успеваю только дернуться в сторону, а Макс успевает чуть выдвинуться вперед, будто бы защищая.
Защищать не от кого, конечно…
На пороге стоит мальчишка. Ему лет тринадцать, наверно, и он очень похож на Эванса. Такие же светлые волосы, хитрющие глаза серого цвета и родинка-полумесяц на щеке.
Я тяжело дышу. Макс тоже. А он…озадаченно выгибает брови, пока на его губах не начинает играть странная ухмылочка, которая заставляет меня подумать лишь об одном: лучше бы это был вампир, право слово…
Потому что я знаю, что будет дальше.
Хотя…нет, такого даже мне не удалось предположить.
Парнишка вдруг издает смешок и тихо цыкает.
- Вот почему ты остался? Поцелуйчики, м?
- Сука, Йен!
- Что?
- Стучать не учили?!
- Я уже видел, как целуются.
- Вышел нахрен!
- Ага, ага. Вот.
Парнишка приподнимает огромную чашку и ставит ее на комод. Я же…не знаю, как описать свое состояние. Покраснела до кончиков ушей, застыла, одними глазами смотрю то на Макса, то на загадочного Йена, его явного родственника.
Господи…как стыдно-то…
- Папка сказал, чтобы она выпила. Поможет в себя прийти, хотя…ты явно с этим справляешь лучше. Да, Макс?