Как так?
Она углубилась в доступные файлы.
Нашла пометку мелким шрифтом:
"S.A. – уровень допуска 5. Инструкция: при возникновении вопросов — код 17."
Код 17... Она не знала, что это означает. Но в госпитале использовались специальные коды только в случае прямого вмешательства военных служб.
— Чёрт, — тихо выругалась она.
В этот момент в дверь постучали.
— Доктор Чадова, вы здесь?
Это была её подруга, врач-анестезиолог Маркета.
Амалия быстро закрыла планшет и открыла дверь.
— Маркета, войди, — шепнула она и огляделась в коридоре, чтобы убедиться, что их не подслушивают.
Маркета вошла, обеспокоенно глядя на неё:
— Что случилось? Ты как привидение.
Амалия быстро рассказала ей в общих чертах про странности с регистрацией Марека, про "проверку" и предупреждение Томаса.
— Слушай, — прошептала Маркета. — У меня муж работает в архивном отделе министерства. Я попробую через него узнать, что за код 17. Но будь осторожна, Амалия. Очень осторожна.
Амалия благодарно кивнула.
В её голове уже выстраивался план.
Если за Мареком началась охота, если Томас связан с этим, — значит, кто-то большой стоит за всей этой историей.
И она должна понять: кого именно она спасла... и какую цену ей ещё предстоит заплатить за своё решение.
Записка
Ночь опустилась на Прагу с тишиной, в которой прятались тайны. Госпиталь, обычно наполненный звуками шагов и переговоров, будто вымер. Смены окончились, коридоры опустели.
Амалия закончила проверку приборов в операционной и, наконец, позволила себе зайти в комнату отдыха. Свет был приглушён. Она бросила халат на спинку кресла, потянулась за чашкой кофе — и вдруг заметила: на её столе лежал свернутый вчетверо клочок бумаги.
Ни имени, ни адреса. Просто белый лист.
Пульс участился. Она осмотрелась — никого.
Открыла записку. Внутри — аккуратный, мужской почерк:
"Ты спасла его. Не задавай вопросов открыто — за тобой следят.
Если хочешь знать правду — завтра в 5:40 утра.
Старая часть госпиталя. Операционный зал №3.
Одна. Без телефонов.
P.S. Томас доверяет тебе. Не подведи."
Рука задрожала. Она reread it again and again.
Старая часть госпиталя… Уже лет пять как не используется — корпус закрыт на реконструкцию, но никто так и не начал ремонт. Пыль, тени, гул сквозняков. Идеальное место для тайной встречи — или для ловушки.
Амалию пронизал холод — не от страха, а от предчувствия: что-то надвигается. Что-то очень важное.
Она сжала записку и спрятала её в карман халата.
— Что ж, — прошептала она, глядя в мутное окно. — Увидимся в 5:40.
А пока — в кабинет. Составить план. Переодеться. И спрятать телефон.
Она никому не скажет. Даже Лукас не должен знать.
Амалия ступала по затхлым коридорам старого корпуса, освещаемым лишь тусклым фонариком.
Металлические двери, поблекшие указатели, осыпавшаяся плитка.
Часы на запястье показывали 5:39. Её дыхание стало тише, движения — осторожнее.
Она дошла до нужной двери: "Операционный зал №3".
Затаив дыхание, толкнула её. Скрип металла эхом разнёсся по помещению.
Внутри — полумрак, пыльные стекла, ржавые инструменты на столах.
И… человек.
Он стоял у окна, повернувшись спиной. В военной куртке, с повязкой на левом плече. Услышав шаги, он медленно обернулся.
Сердце Амалии остановилось на долю секунды.
— …Мартин? — прошептала она.
Мужчина из её прошлого. Не Томас, но один из тех, кто вместе с ним служил.
Тот, кто тогда исчез, будто растворился после одной из спецопераций.
— Ты знала, что я мёртв, — слабо улыбнулся он. — Все так думали.
— Что ты здесь делаешь?
— Работаю. На Томаса. Скрытно. Как и всегда.
Он подошёл ближе, в глазах — осторожность, но и тепло.
— Он знал, что ты не бросишь это дело. Поэтому и доверил тебе часть плана. Но теперь ты слишком близко. И ты должна знать всё.
Амалия застыла. Он достал из кармана тонкую флешку.
— На этом — информация о Мареке. И о тех, кто охотится за ним. Это не просто раненный солдат. Это ключ. Свидетель. Заложник чужой игры.
Она взяла флешку, руки дрожали.
— Почему именно я?
— Потому что Томас тебе верит. И потому что ты — сильнее, чем думаешь.
В коридоре раздался шум — щелчок ботинка о плитку.
Мартин метнул взгляд к двери.
— Уходи. Быстро. И никому. Ни слова. Даже брату.
— А ты?
— Я исчезну. Как и раньше. Но мы ещё увидимся.
Амалия кивнула. Сжала флешку в кулаке и выскользнула в коридор.
Госпиталь. 06:10 утра.
Амалия мчалась по коридорам старого корпуса, свет фонарика прыгал по стенам. Флешка — в глубоком внутреннем кармане халата, сердце — будто в горле. Позади в темноте что-то глухо стукнуло. Кто-то был там. Кто-то ждал, что она не выйдет оттуда одна.