То, что я начал, не закончено.
Но ты — можешь закончить.
Береги себя.
Не доверяй никому.
На флешке — только начало.
Остальное ты найдёшь в доме на окраине Мостова, там, где мы были счастливы.
Если веришь — иди до конца.
Т."
Слёзы подступили к глазам. Она сжала бумагу и прижала к груди.
— Он всё знал… — прошептала она. — Он готовил это заранее…
Мираж смотрел молча, но в его взгляде было уважение.
— Что на флешке? — спросила она.
— Я не знаю. Томас не дал мне доступа. Он хотел, чтобы только ты увидела это первой.
Амалия кивнула. Она уже знала, что будет дальше.
Амалия не спешила возвращаться домой. Она понимала: флешка — ключ ко всему, и открывать её нужно с предельной осторожностью. Вместе с Миражом и Бартеком, они направились в маленькую квартиру, принадлежавшую одному из бывших доверенных лиц Томаса — человек давно покинул страну, и место пустовало.
Квартира располагалась на последнем этаже старого дома, под самой крышей. Никакой роскоши — только обшарпанная дверь, узкий коридор и пыльный стол у окна. Но главное — здесь не было камер и сетевых ловушек.
Амалия вставила флешку в старенький ноутбук, отключённый от интернета. Экран мигнул. Появилась папка с названием: “Феникс_01”.
— Ты готова? — спросил Мираж.
Амалия кивнула.
Файл оказался видеоформата. Она нажала "воспроизвести". На экране появился Томас. Он был в форме, уставший, но его взгляд — живой, полный внутреннего огня.
"Если ты видишь это, значит, всё пошло по худшему сценарию.
Проект 'Феникс' — не просто операция. Это эксперимент, на котором держится вся система безопасности.
Пациенты, солдаты, мирные люди… мы были лишь частью игры.
Есть имена. Есть документы. Всё это — у тебя.
Найди Досье Альфа. Оно зашифровано и спрятано в доме на окраине Мостова.
Не бойся.
Ты — единственная, кому я могу доверить правду.
И знай… я тебя любил... Я всегда тебя любил."
Экран погас.
Амалия долго сидела молча. Только тишина, дыхание Миража и гул ветра за окном.
— Мы едем в Мостов, — прошептала она наконец. — Но сначала… я соберу всё, что может нам помочь.
К утру план уже начал обретать чёткие очертания. Амалия, Бартек и Мираж сидели на кухне той самой квартиры, где открыли флешку. На столе лежала распечатанная карта с отмеченным районом Мостова — старого пригорода, полузаброшенного, с частными домами, спрятанными за заросшими садами. Дом, о котором говорил Томас, находился почти на окраине — единственный на всей улице с каменной оградой.
Бартек с привычной сноровкой проверял снаряжение: портативные сканеры, флешки-дубликаты, бумажные копии, смартфоны с зашифрованной связью. Он быстро давал инструкции, говорил уверенно, будто всё это делал не впервые.
— Поедем двумя машинами, — сказал он, — так меньше шансов, что нас засекут. Мираж поедет первым, разведает местность, а мы с Амалией — следом.
Амалия стояла у окна и смотрела на просыпающийся город. В её глазах не было страха — только решимость.
— Мы заедем туда не как беглецы, — тихо сказала она. — Мы должны вести себя спокойно. Будто возвращаемся домой. Так не вызовем подозрений. Я могу взять с собой медицинскую сумку — она будет прикрытием. Если кто-то остановит, скажу, что направляюсь к пациенту на дом.
Мираж кивнул. Он стоял в тени, прислонившись к стене, с привычной осторожностью следив за деталями.
— Входить будем после заката, — произнёс он. — Днём слишком много глаз. Но дом надо осмотреть заранее. Я изучу периметр и найду возможные точки доступа.
Амалия обернулась к ним. Её голос прозвучал твёрдо:
— Мы сделаем это. Томас рассчитывает на нас. И я не позволю, чтобы его жертва была напрасной.
В этот момент между ними установилась тишина — полная понимания, решимости и веры в общее дело. Они уже были не просто случайными союзниками. Они стали командой.
Сумерки окутывали дорогу фиолетово-серым маревом, когда две машины выехали за пределы города. Амалия сидела на переднем сиденье, рядом с Бартеком. В зеркале заднего вида она видела фары автомобиля Миража, что держался на безопасной дистанции. Всё было тщательно продумано — вплоть до остановок и маршрута объезда камер наблюдения.
Снаружи проносились безмолвные пейзажи: заброшенные станции, редкие дома, уставшие от времени, и поля, покрытые лёгким инеем. Чем ближе к Мостову, тем реже встречались признаки жизни. Этот район словно выпал из современной реальности.