После долгих колебаний я пошёл на компромисс и устроился в ресторан недалеко от дома.
Заведение с историей, куда ходят известные люди.
Скорее даже «статусное» место.
Но реальность оказалась ужасной.
Семейный бизнес, передававшийся поколениями.
Хозяин — «единственный сын».
И это был запредельный идиот.
В солидном возрасте он просто прожигал наследство и репутацию предков.
Готовить он почти не готовил.
Сидел, развалившись по-турецки, курил и смотрел телевизор.
Причём прямо рядом с едой.
Когда начинали приходить клиенты, он показушно делал чуть-чуть солений на маленькой тарелке.
Потом — только демонстрация перед гостями.
Всё остальное с нуля готовили сотрудники.
Немного штатных работников и в основном студенты-подработчики.
К тому же — откровенно хамское, «барское» отношение к клиентам.
Про его идиотизм писали даже в отзывах,
но репутация предков и бренд задавливали всё.
В итоге, как и ожидалось, и здесь всё закончилось плохо — фактически меня уволили.
Я и сам удивляюсь, как умудряюсь выбирать такие места.
«Подобное тянется к подобному» — не хочется так думать, но…
Причина, скорее всего, была в том, что я не стал заискивать перед одной бабой.
Эта баба, как оказалось, была «мужелюбивой».
Подработчики по секрету сказали:
«Предыдущий сотрудник ушёл, не выдержав её сексуальных домогательств».
Она, похоже, была любовницей этого идиота-сына и имела определённые «наклонности»,
поэтому они и нанимали сравнительно молодых.
(Отвратительно.)
Но, к сожалению для неё, я не любитель зрелых женщин, и откровенно неприятные заигрывания этой бабы я просто проигнорировал.
В итоге начались мелкие пакости.
Раньше смена заканчивалась в 22:30, но теперь — почти в полночь.
Она специально не уносила посуду, тянула время, принося её по чуть-чуть до 23:30.
А потом управляющий жаловался:
«Ты медленно работаешь. Раньше в 22:30 всё заканчивали».
Хотя именно прежний работник перерабатывал.
Затем он скользко сказал:
«Может, посмотрим ещё до конца недели?»
После всего предыдущего я спросил:
«Мне лучше уволиться?» —
«Угу».
Так я и ушёл.
Даже после этого он, похоже, злился, что я не реагирую, и продолжал придираться.
В довесок выдал «гениальную» фразу:
«Где бы ты ни работал дальше, нигде не будет инструкций — запомни».
Я едва не сказал:
«Ты бы сам сначала в общество вышел»,
но он держал нож, так что я просто ушёл.
«Ну что ж… пафосное место, а внутри — пустота.
Не обидно и не больно — просто разочарование».
Вот мои ощущения.
Курят над едой, заготовки делают посторонние.
Даже то, что готовил такой дилетант, как я, подавали клиентам.
И за это люди платят десятки тысяч иен.
Поверхностность — вот что я тогда почувствовал.
И эти знаменитости, которые приходят туда, чтобы подчеркнуть свой статус, показались мне смешными.
И тут снова — проблемы с той компанией.
Пока я был в отпуске по болезни, соцвзносы нельзя было удерживать из зарплаты, и компания якобы оплачивала их за меня, потребовав возмещения:
либо лично, либо через денежный перевод наличными.
Я не доверял им и спросил:
«Нельзя банковским переводом?» —
«Нельзя».
Идти лично — абсурд, доказательств не остаётся.
Никогда раньше не пользуясь денежными переводами, я решил, что через почту, как третью сторону, это хотя бы безопаснее.
Я отправил сумму за четыре месяца в два приёма.
Первый раз — без проблем.
Второй — и тут невероятное:
из 99 800 иен «пропали» 90 000.
Я узнал, что «денежный перевод» не является доказательством.
Очевидно, всё было задумано с самого начала, и, похоже, у них был опыт.
Они потребовали отправить ещё раз.
Я связался с головным офисом, но там, разумеется, встали на сторону компании, неся чушь про «вес квитанции».
(Да, весы почты точные, но погрешности в несколько граммов — обычное дело, особенно с крупными отправлениями.)
Я обсудил это с родителями, ведь они были моими поручителями.
Они сказали:
«Такие люди знают лазейки закона. Мы дадим тебе 100 000 иен, но стой на своём — только банковский перевод. Заплати и разорви с ними все связи».
Я так и сказал, и они сразу же дали реквизиты корпоративного счёта.
Это была не просто «чёрная компания», а обычные мошенники.
Так, почти полностью утратив волю к жизни и перестав понимать смысл оставаться в Токио, я в итоге вернулся в провинцию.