「Прежде всего скажу заранее: ближайший доход на руки снизится. Для поколения, попавшего в ледниковый период трудоустройства, я сейчас рассматриваю послабления. Потому что иначе они могут так и закончить жизнь, всю её продолжая расплачиваться за чужие ошибки. Однако позвольте мне сказать: разве не именно под оправданием “если регулировать, экономика...” вы 80 лет оставляли без внимания сговоры, посредническое выкачивание денег, интересы, сращивание бизнеса и власти, и разве не результат этого — застой последних 30 лет? По-настоящему экономику тянут вниз не те, кто силён способностями, а те слои, которые получали выгоду не за счёт реальной силы, а за счёт связей и лазеек. Пока их не отделить и не уничтожить как явление, ни производительность, ни международная конкурентоспособность не вырастут. А краткосрочно расплачиваться придётся из-за вашей некомпетентности и из-за того, что нам приходится подтирать за теми, кто утонул в корысти, о чём я только что сказал. Я делаю это не потому, что хочу. Это вы довели всё до такого состояния. Поэтому я и говорю: давайте уже наконец перестанем называть “экономикой” защиту краткосрочного “лёгкого способа наживы”.」
「Я тоже согласен с исправлением интересов и сращивания. Но если “чрезмерное вмешательство” продолжится, есть опасность, что оно задавит даже те компании, которые пытаются честно бросить вызов.」
「Чрезмерное вмешательство я собираюсь применять к тем сферам, где как отрасль уже создана настолько крупная база, что “с точки зрения принципов капитализма уже нет пространства для новых участников”. При этом вмешательство государства касается внешней рамки деятельности предприятий, а также незаконных действий и вопросов, связанных с правами работников, и не предполагает вмешательства в содержание работы или сам рынок.」
「Однако то, есть ли “пространство для новых участников”, в итоге тоже будет решать государство. Если вопрос о том, включать ли отрасль в рамки смешанной экономики, станет произвольным, разве это не откроет путь к новым интересам и командной экономике? Такая тревога тоже существует.」
「Если есть недовольство направлением, то, в отличие от нынешней системы, сами граждане смогут делать презентации и критику, а отношение к этим мнениям выражать как официальное голосование, привязанное к My Number（май намба: японская система индивидуальных идентификационных номеров）и подобным системам, и граждане смогут менять курс. Кроме того, отрасли, где есть пространство для новых участников и которые соответствуют принципам капитализма, не будут включаться в смешанную экономику, а выбирать стабильность или мечту — это тоже зависит от воли самого человека.」
「Есть также указание на то, что к изменению экономической системы на основании национального характера следует подходить осторожно. В условиях глобальной конкуренции, если только Япония пойдёт к особой системе, есть риск, что международные инвестиции и кадры уйдут.」
「Тогда на каком основании вы утверждаете, что западное конкурентное общество лучше? Вы ведь не собираетесь, надеюсь, вытаскивать пропаганду времён Холодной войны вроде “если все будут одинаковыми, никто не будет стараться”? Даже при капитализме, если должностной уровень один и тот же, зарплата отличается разве что по старшинству. Разве не результат веры в эту красивую болтовню — “KAROSHI”（кароси: смерть от переработки）и нынешнее плачевное состояние Китайской Народной Республики? В прошлом я не занимался школьной учёбой, а вместо этого в чатах разговаривал с самыми разными людьми — и японцами, и иностранцами. И на этом основании я верю, что для ментальности большинства японцев среда, близкая к коллективистскому равенству и справедливому распределению, будет работать в лучшую сторону во всех аспектах, куда лучше, чем индивидуалистическое конкурентное общество.」
「Вы заявляете об “нужном человеке на нужном месте” и смешанной экономике, но не является ли это в итоге новым элитизмом, при котором выигрывают только “те, кто управляет людьми”? Нет ли опасения, что и в политике, и на рабочих местах нынешняя структура “тот, кто поднялся наверх = важный человек” только усилится?」
「То, что я хочу отвергнуть, — это старый стереотип: “если способный человек в общих чертах освоил все виды работы, то в итоге естественно, что он перейдёт на позицию управления людьми”. Не так. Я хочу перейти к мышлению: “он занимает эту роль только потому, что у него хорошо получается управлять людьми”. В рамках командной цепочки структура неизбежно становится вертикальным деревом. До сих пор мы поверхностно и легкомысленно судили, будто чем выше человек, тем выше его способности. Именно это я и хочу изменить. То есть считайте так: “управленец = выше по личности и способностям” — неверно; “он просто поставлен туда в соответствии со своей пригодностью и непригодностью”. Если сказать наоборот, то нет ничего странного в том, что человек, хорошо умеющий управлять людьми и общаться, при этом плохо справляется с мелкой работой или физическим трудом. Это не вопрос “важный или не важный”, а просто различие ролей. Конечно, бывают исключительные люди, которые могут всё, но это именно “исключение”, а не предпосылка.」