Городничий опешил немного, но подхалимская хватка, выработанная и закалённая в нём годами администрирования, какое только и встречалось в самых отдалённых провинциях империи, где, как говорится, от Бога высоко, а от царя далеко, заставила его хитро улыбнуться и он осторожно, словно крадучись, с выражением льстивого угодничества стал продвигаться к столу своего прямого начальника.
- Надо же, Марк Леонтьевич, неужели ж надеждам его превосходительства генерал-майора Дельпоццо суждено-таки сбыться! Вот какая радость великая!
- Однако ж погоди-тко пока радоваться, голова. Работы нам придётся провернуть, как говорят казачки наши, пропастишша! Ты мне скажи-ка лучше, что у вас там в прошлом годе с приходским училищем получилось?
- Так я ж вам отчётец представил-с уже на прошлой неделе по вашему запросу, ваше превосходительство!
- Да?, - изображая важную строгость, спросил городничего Малинский.
Городничий утвердительно закивал головой. Чиновник 8 класса Табели о рангах коллежский асессор Вашков, весьма вольно соблюдающий Устав благочиния, был еще в первое губернаторство Малинского в 1809 году назначен в уездные управители из числа отставных гражданских чинов, уволенных ранее от службы за выслугу лет. И губернатор его хорошо знал, как своего человечка, хоть и плута. Его частные приставы и квартальные надзиратели, а также и полицейместер Георгиевска Павловский, выполняли свои обязанности исполнительной полиции весьма вольготно, непугано и халатно и вся управа благочиния, чинившая в городе благочиние, добронравие и порядок, в отсутствие Главноуправляющего Ермолова, больше пребывающего на линии или в Тифлисе, была распущенной и ленивой. Ермолов строжил и гонял их всех, как «сидоровых коз», как он выражался по-русски в порыве гнева, и они из кожи вон лезли, чтобы показать ему своё рвение, но как только Его Высокопревосходительство уезжал, все опять расслаблялись на своих местах и тихо-мирно, в пересудах и твистах получали своё чиновничье жалованье.
- Эх, архаровцы мои, - шутя покровительствовал им Малинский, когда оставался в городе и губернии за главного.
А они ему несли подарки за щедрое его такое покровительство.
- Не читал, батенька, - нахмурился, оправдывая свою лень, губернатор и строго посмотрел на городничего. – Да и когда тут прочтешь всё, когда вона сколько бумаг накопилось! Не вжисть не успеешь. Ты мне лучше сам расскажи, так ведь скорее будет.
- Так я и говорю, - испугавшийся было снова хмурого вида начальника, вновь льстиво заулыбался ему чиновник. Вид его с часто изменчивым выражением тусклого, бесцветного лица был похож на пугливого суслика, без конца выглядывающего из своей норки и в новь юркающего в неё при наступлении опасности.
- Было адъюнктом Эльпидифором Петровичем Манасеиным, назначенным для открытия училищ в Кавказской губернии, в присутствии попечителя Казанского учебного округа Михаила Александровича Салтыкова, уездного предводителя дворянства Ростеванова и губернского предводителя дворянства надворного советника Реброва от 15 сентября 1818 года открыто Георгиевское приходское училище. В июне-месяце его последний раз инспектировали с Манасеиным его превосходительство наш султан ногайский Менгли-Гирей с их братом Азамат-Гиреем. Туда набраны дети офицеров, чиновников, купцов, мещан, кантонисты, дети однодворцев и крепостных из тех, кто служители при чиновниках – всего в количестве двадцати душ. Учат катехизис, арифметику. Дом, правда, плохонький, камышом крыт-с, но обмазан глиной и выбелен. Выкрашен в казённую голубую краску. Четыре комнаты, кладовая, чулан, двое сеней с крыльцом, одно с перильцами и навесом. Внутри три голландские печи, имеется три двери и пятнадцать окон. Дом деревянный, на каменном фундаменте, огорожен деревянным забором. Есть свой двор. На дворе флигель с двумя комнатами, с земляной завалинкой, тоже обмазанный глиной и крытый камышом…
- В помещении тепло зимой было? – перебил его Малинский.
- Тепло-с, никто не жаловался, - скороговоркой проговорил Вашков.
- Теплос, - передразнил его губернатор. – Под камышом какое тепло, дурень! Всё развеется. Пади, мёрзнут опарыши?!
- Дом, конечно, чрезмерной топки печей требует, холод не уничтожается.
- Во-во! Значит, воруешь, гад, дрова-то, небось, казённые!
- Да, рази ж можно! - не моргнув глазом, воскликнул городничий.
- Смотри у меня! Ну, продолжай.
- Людская изба есть – мазанка, крытая соломой. Сарай и погреб. Деревянные ворота, вишнёвый садик на балансе числятся.
- Числятся у него! Всё, что ль по училищу твоему?