- Я не истребляю ваш народ. Я провожу карательную экспедицию его усмирения. Вы – разбойники и ваши постоянные набеги на казачьи станицы и русские кордоны вызывают справедливый гнев нашего народа по отношению к вашему.
- Справедливые, говоришь? А кто вас звал сюда, на Кавказ?! Вы сами пришли и стали захватывать чужую землю.
- Ну, эта земля, скажем, и не твоя. Это земля кабардинских князей, с которыми у нас договор и сотрудничество.
- Это не кабардинская земля! Это кабардинцы воспользовались тем, что чеченцев согнали с их земли в прошлом злые кочевники и они вынуждены были спасаться в горах. А в это время кабардинцы пришли и завладели чужой землёй. Чеченцы веками воевали с бесчестными кабардинцами.
- Это кабардинцы бесчестные?! У кабардинцев благородная открытость в крови, они люди слова и чести. А вы вероломны и коварны, и крайне мстительны. Можете ударить в спину, даже поклявшись в дружбе. Впрочем, вы с ними сами разбирайтесь, чья была эта земля. Да сейчас это уже и не важно. Эта земля будет для всех народов, живущих мирно и смирно на Кавказе. Под российским подданством. Россия выступает теперь гарантом мира и благоденствия для всех народов, живущих здесь, всех берёт под свою защиту и попечительство.
- И под ярмо, да, Ярмул?! Как это поганое слово созвучно твоему имени! Ярмо. Я знаю, что это такое и во что вы хотите превратить свободный чеченский народ. В то же, во что вы превратили своих крестьян – в рабов! А я не хочу и не позволю сделать чеченцев рабами! Ты хочешь заточить меня, как Мансура в крепость… Но Мансур, если ты хочешь знать, восстал не против России, а против богатых феодалов, ханов и царей, которые измывались над своими подданными, хотя Пророк Мухаммед сказал, что все равны перед Аллахом, нужно только верить! Бедный люд стекался под знамёна Мансура, и он воевал против богатых. Чеченцы всегда были бедными крестьянами. Бедными, но свободными! И мы поддержали его кличь и встали под его знамёна. А знаешь, Ярмул, что означает имя Мансур? Мансур значит Победоносный. И победоносной была его идея – равенства и справедливости для всех! И истину эту он постиг через Коран и потому помыслы его были религиозны.
- Не уподобляй себя Мансуру. Мансур герой, а ты обыкновенный бандит. И много чести мне везти тебя в Шлиссельбург.
Ермолов задумался над чем-то и после паузы продолжал.
- У нас был в России такой же, как твой Мансур, лет за десять до него, и звали его Емельян Пугачёв. Он объявил себя царём, собрал большое казацкое войско, дал ему вольницу и пошёл на императрицу войной. Но потерпел крах, как и твой кумир. Пугача казнили в 32 года. Мансура в 31 год пленили и он умер в заточении в 34. Практически в одном возрасте они ушли из жизни.
- Мансур не потерпел крах! Его идея жива в народе!
- Ну и Бог с ним. Ты зачем сюда пришёл? Чего хочешь от меня?
- Мы хотим лишь спасти наш народ. Чтобы он жил в процветании. И чтобы он был свободным. К нам в Чечню проникают из Дагестана суфийские проповедники и несут нам турецкие и персидские фирманы с призывами к восстанию и радикальный ислам, призывают к газавату и мюридизму – военному послушничеству. Эти духовные пастыри заведут мой народ в тупик, к полному его уничтожению. Но они не чеченцы, им всё равно, что будет с народом нахов. Они только преследуют свои алчные цели богоподобного владычества. Любой ценой. Они рядятся в новых Мансуров, но это не Мансур! Они выдают себя за почитаемых в нашем народе волчьих людей - берзлой, бесстрашных бойцов, ловких, дерзких и доблестных воинов, мудрых и справедливых пророков. Но они не те белые волки, которые будут стоять на скале до конца времён под сильнейшим ураганом Аллаха, сдирающим им шкуры и плоть, и выстоят гордо и непокорно, как скала, наперекор гневу Бога, ради родной земли! Эти - не волки, а чёрные псы шайтана! Нечистые в помыслах и деяниях. Грязные собаки - наджис! Я понимаю это. Но мой народ не понимает. Особенно молодёжь. Она поддаётся на их призывы и, если не противопоставить этому другую идею, вся Чечня полыхнёт газаватом против вас, русских. На Совете народа меня как старосту самого крупного села могут выбрать баьччи или военачальником народного ополчения. И я могу переубедить мой народ в пользу сотрудничества с русскими, оградив его этим сотрудничеством от радикального исламизма. Но для этого мне нужны от тебя гарантии, что мой народ будет жить, будет жить на своей земле и что он будет свободным. Я не хочу мюридизма. Не хочу священной войны против неверных – газавата. Я хочу свободу Чечне. Дай нам свободу, Ярмул! Оставь нам независимость. Как чеченский баьччи я смогу повести войско нахов совместно с тобой и твоим русским войском против общих наших врагов - персидского шаха или османского султана. Мы готовы служить России, её царю, но под нашим флагом независимой Ичкерии и под вассальным покровительством шамхала Тарковского. Оставьте нам полное внутреннее самоуправление с сохранением старшин в аулах и мы будем верно служить русскому царю и тебе, наместник Кавказа.