- С тобой все в порядке?
- Мне приснился сон. - Имад улыбнулся и пожал плечами. - Ничего страшного.
- Но выглядело-то как раз страшно.
- Каждый из нас несет свой крест, не так ли?
- Это точно. И я в том числе.
- Прошу прощения, что разбудил тебя. Однако... - Он улыбнулся. - Поскольку мы оба уже проснулись, а ночь только начинается... - парень помял одну из ее маленьких, мягких грудей.
Она поймала его руку и притянула к себе, словно желая, чтобы та всегда была рядом.
- Боюсь, не для меня, Имад. Боюсь, мне пора.
- Нет, еще так рано.
- Мне очень не хочется уходить, но я должна успеть на работу.
- В такое время? - спросил он. - Уже почти одиннадцать.
- Да. Я выхожу в двенадцать. Официанткой в "У Клайда". Знаешь, "У Клайда"? У него такая дурацкая вывеска перед входом. "Двадцатичетырехчасовое обслуживание днем и ночью"? - Она тихонько засмеялась. - В любом случае, это было круто.
Повернувшись на бок, женщина поцеловала его. Долго и страстно.
После ее ухода, оставшись в одиночестве в огромном доме, Имад подошел к бару и налил себе бокал джина. Он поудобнее устроился с ним на диване и включил телевизор с помощью пульта. Парень листал каналы, просматривая по несколько секунд каждый, прежде чем перейти к следующему.
Он остановил свой выбор на приключенческом сериале, в котором стройную брюнетку преследовал злодей. Она была одета в футболку и шорты. Имад с удовольствием отметил, что на ней не было лифчика. Он смотрел, как прыгают ее груди, когда она бежит.
Затем она спряталась и ударила преследователя цветочным горшком, отчего тот потерял сознание.
Сериал был глупый, но Имад смотрел его только из-за актрисы и был разочарован тем, что серия так быстро закончилась.
Далее в эфир пустили новостной выпуск. Хмурый блондин зачитывал анонс.
- Через несколько минут, в одиннадцатом выпуске новостей "Очевидец", мы расскажем вам о чудесном спасении в море, о последнем предложении президента по энергетике и о странном двойном убийстве в одном из местных музеев. Это и многое другое от Бонни, Ленни и меня после небольшой рекламной паузы.
Имад решил глянуть новости только из-за репортажа в музее. Замелькали кадры: полицейские за лентой, огораживающей место преступления, криминалисты, передвигающиеся в своих белых комбинезонах; зал Каллахана; крупный план пустого гроба. Досмотрев, и не узнав ничего нового, Имад поднялся наверх к сейфу. Открыв его, он извлек маленький черный блокнот.
Взглянув на первую страницу, парень вздрогнул.
ВОСПОМИНАНИЯ РОБЕРТА КАЛЛАХАНА
СТРАШНЫЙ СПУСК
Хотя по причинам, которые вскоре станут очевидными, я не хотел бы, чтобы моя деятельность в Египте стала достоянием общественности, но считаю себя вынужденным записать необычайные события, связанные с обнаружением мумии Амары. Я приму меры предосторожности, чтобы эти воспоминания никогда не увидели свет при моей жизни и при жизни моей дорогой жены Сары. Если сейчас эту рукопись читаю не я, значит, что нас обоих уже нет в живых. Раскрытие информации о моей деятельности уже не может навредить нам, но может предотвратить дальнейшие трагедии.
В 1926 году мы с отцом отправились в Египет, чтобы оказать экспертную помощь знаменитому Говарду Картеру, который недавно раскопал гробницу мальчика-короля Тутанхамона.
В Луксоре мы встретились с мистером Картером. Он сердечно поприветствовал моего отца, ведь несколько лет назад они вместе с Теодором Дэвисом работали в гробнице Ментухотепа I. Однако мое присутствие не вызвало у него такого энтузиазма. Должно быть, он чувствовал, что моя молодость, независимо от того, насколько хорошо я буду выполнять работу, окажется помехой. Мне приятно отметить, что его отношение к этому вопросу значительно изменилось, как только он увидел, как я помогаю отцу в тонких деталях его работы. Мои подробные и точные записи вскоре заслужили уважение мистера Картера.
Однако именно моя храбрость завоевала уважение египетского юноши Магеда. Мы встретились декабрьским вечером. Страдая от гнетущей жары, я бродил за границами нашего лагеря в надежде наткнуться на шальной, прохладный ветерок. Я тосковал по зимам моего висконсинского детства: катания на санках по склону, прохладный ветер, бьющий в лицо, снежинки, ночь, освещенная полной луной! Я был близок к тому, чтобы разрыдаться от тоски, как вдруг до меня донесся крик.
Никогда не пасующий перед лицом опасности, я бросился вперед и обнаружил полдюжины молодых людей, избивающих парня. Я напал. В последовавшей за этим короткой схватке я нанес хулиганам несколько внушительных ударов и обратил их в бегство.