Сам Дагда был рядом. От него веяло волшебством. Его красивые синие глаза на миг отразили радугу. Амаранта протянула руку и робко коснулась его кудрей золотистого оттенка. Они мягкие, как рожь. И лицо у него такое прекрасное, открытое и совсем юное. Это мальчик лет девятнадцати, а не грозный эльфийский король. Без своей вчерашней тяжелой короны он выглядел застенчивым и незащищенным. Хотелось его приласкать, как золотистого котенка, который сам пришел в гости.
Его кафтан, сорочка и плащ – все было цвета первой вешней зелени. Амаранта потянула за шнурок его воротника и обнаружила, что это не шнурок, а зеленый побег вьюнка. Из кожи над ушами под вьющимися прядями тоже росли золотые листики. Это было так необычно и так красиво, что Амаранта счастливо засмеялась.
Как приятно быть рядом с эльфом. Сразу становится так тепло и хорошо, будто она дома. И на ум приходит крамольная мысль, что ее дом там, где живет король эльфов, а не там, где находиться ее муж. И уж тем более не за холодными морями, где осталась ее кровная родня. Близким и родным ей всегда был только этот прекрасный эльф.
Дагда обнял ее за талию, не говоря ни слова, и быстро притянул к себе. Между его пальцами тоже пробивались зеленые побеги с листиками, но ей было все равно. Пусть хоть они оба обрастут зеленью и вьюнком, главное, чтобы он и дальше обнимал ее. В его объятиях она согласна обратиться в одно цветущее раскидистое дерево.
Кстати, как хорошо бы было, застыть деревом со стволом состоящим из двух сплетенных в объятиях фигур: одной эльфийской и одной человеческой, и ветвями, сплетшимися в крону, как соединенные руки. Люди будут проходить мимо и не понимать, откуда это дерево взялось. А она с возлюбленным сможет быть все время вместе.
Что скрывать? Дагда – тот, в кого она влюбилась с первого взгляда еще на своей свадьбе с Ангусом.
- Только вот кто-то злой может взять и спилить любовное дерево, - пропищал над головой грубый голосок.
Амаранта не успела понять, кто говорил. Мимо как раз проходила охрана, поэтому Дагда быстро оттянул ее в альков. Там они и застыли, обратившись в кипарис с рельефным двуглавым стволом. Охранники и флиртующие гости прошли мимо, не замечая их, как и многочисленные пальмы в кадках.
Метаморфоза произошла так быстро, что Амаранта сама не поняла, почему тело покрылось корой, а ноги и руки ее не слушаются. Чары спали быстро, едва они снова остались одни, как кора рассыпалась, а листочки остались расти лишь на ее платье. Скоро исчезнут и они.
Воспользовавшись ее растерянностью, Дагда быстро прижался губами к ее губам. Вот это действительно волшебство, а не поцелуй. Амаранта ощутила запахи цветущего луга, дождя и розовых лепестков. А потом вдруг откуда-то пахнуло гарью и жаром.
Дагда тут же оторвался от ее губ.
- Мне пора!
- Так скоро? – и это говорит та, которая хотела его минуту назад прогнать, чтобы не слишком им соблазниться.
Дагда даже не посмеялся над такой переменой. Похожее, он тоже чувствовал себя не в своей тарелке и очень смущался.
- Я вернусь, - искреннее пообещал он. – И день не пройдет, как я снова буду с тобой.
Не хотелось его отпускать. Вот бы смотреть на это красивое лицо целую вечность. Но эльф исчез, оставляя ей листики кипариса на платье, золотые розы на колоннах и легкую ауру волшебства. Там, где он только что стоял лишь клубился сверкающий дымок.
Волшебный котел
Угли в нем уже начали выгорать. Красивые и жуткие лица сверхсуществ, выгравированные на стенках котла, недовольно корчились. Сам котел постанывал. Чтобы безотказно работать дальше, ему требуется кровь. Кровь смертных! Но Дагда поклялся больше ее не проливать.
Так что же делать? Кровь животных, птиц или рыб точно не подойдет. Для производства она не годиться. Зачарованные стенки котла ее не примут. Да, и он сам не решится убить животное, даже скот. Звери – это часть волшебной природы. Они возникли на земле так же давно, как феи и эльфы. А вот люди поначалу были скотом без разума, лишь с инстинктами. Они рождались голыми, без шерсти или крыльев. Они мотались по пустошам и лесам, становясь добычей его народа. Их легко было ловить и убивать. И самое главное не жалко. Как можно жалеть существо, которое само не понимает, как оказалось в этом мире, зачем родилось и зачем живет. Но время шло, и люди вдруг начали меняться. Вначале они начали портить камень, чтобы отстроить себе жилище и сделать оружие для обороны, затем полезли и дальше. Будто дьявол их искусил. Пустоголовые куклы внезапно начали что-то соображать. Их потянуло к огню, чтобы готовить на нем пищу, они стали собирать травы и плоды. А затем начались убийства. Представители человечества безжалостно расправлялись с птицами и зверьми, чтобы добыть себе обед. Но как за это не перебить их самих?!