- Не думал, что твоя государыня планирует заполучить смертного графа.
- Нисколько. Она желает заполучить вас. Кстати, она спрашивала, когда планируется объединение двух королевств, эльфийского и фейского, с помощью вашей свадьбы. На нее тоже пригласят смертных? Она сама составит список.
- За свой острый язык ты и лишился однажды головы!
- Я серьезно! Она действительно намекала, что вам пора пожениться.
- Она намекает на это уже полстолетия.
- Пока, увы, безуспешно. Такой правитель, как вы, смирил бы ее настолько, что она перестала бы вымещать на нас свое вечное недовольство, и мы бы зажили почти, как в раю.
- Да ты всюду ищешь лишь свою выгоду.
- Разумеется!
Квентин никогда не смущался. Его веснусчатое, вечно ухмыляющееся лицо и рыжие волосы равняли его с трюкачом из земного цирка. За такового его обычно и принимали изумленные люди, которые видели на закате, как он жонглирует собственной головой на краю холма.
- Чего ты от меня хочешь?
- Я ничего, но Медея Шаи очень жаждет получить ваш чудесный котел в качестве свадебного подарка.
- Этого она вряд ли дождется, - не покривив душой, съязвил Дагда.
- Я так и понял, - Квентин осторожно провел пальцем по барельефу лиц на раскаленной стенке котла и ойкнул. Одно лицо изловчилось и цапнуло его за палец. Теперь волшебная кровь орошала жадный ротик, а котел радостно шипел.
- Кусаются, гады! – пожаловался Квентин.
- А чего ты ждал, они давно голодны.
- Уж Медея Шаи знала бы, как использовать этот котел. У вас он стоит почти без дела.
- Не знал, что ты на ее стороне. До сих пор, даже после усечения твоей хитрой рыжей головы.
- Я ее вассал, - Квентин снова снял голову вместо шляпы и шутливо поклонился. – Но я не на ее стороне. Просто деваться больше некуда.
- Переметнись ко мне!
- И спровоцировать войну? – Квентин снова водрузил голову на место. – Это бесчестно! Но вы могли бы попросить меня в качестве свадебного подарка. Заранее. До свадьбы. Пусть отошлет меня к вам, а с самой свадьбой мы потянем.
- А после тебя она пришлет драконов, чтобы поторопить обещанное торжество, и они постучаться когтями в мою крепость в Зеленых Холмах.
- Драконов у нее становится все меньше и меньше с каждым веком. И знаете почему? Она обращается с ними ничуть не любезнее, чем со мной.
- Они бросают ее? Обычно они любят красавиц сильнее, чем верные псы людей. Можно бить их и шпынять, а они все равно верно служат.
- Госпожа не просто сажает их на цепь, она их изводит.
- И почему вы до сих пор не свергнете ее?
Квентин погрустнел.
- Дело в том, что переизбрание сейчас вещь довольно щекотливая, - заминаясь, признался он.
- Почему же? Раньше переизбирали всех и каждого. Любой мелочи хватало для новых выборов.
- Но сейчас… Медея Шаи… Она, знаете ли… оказалась более крепким орешком, чем все остальные. Все королевство фей от нее стонет. Но я пришел говорить не о ней. А о вас и жене человека.
- Жена человека! Как точно ты сказал.
- И что сделать для того, чтобы она перестала быть женой человека и стала женой эльфа.
- Куда ты клонишь?
- Куда бы не клонил, а вам нужно развеяться и за ней поухаживать. Смертные женщины, впрочем, как и многие феи, падки на пестрые безделушки, особенно на дорогие. А у вас так много чудесных роз из чистого золота и драгоценных звезд, упавших когда-то с небес. Подарите что-нибудь Амаранте. Она красива. Она стоит подарков. Немногие феи могут похвастать такой красотой, как она.
- Твоей госпоже эти слова не понравятся.
- Знаю! Она считает единственной красавицей во вселенной одну себя и слишком в этом зазнается. Она просиживает вечность перед волшебным зеркалом, а земля тем временем плодит смертных красавиц, какие нам и не снились. Обидно будет, если одна из них состариться и умрет. Поухаживайте за ней!
- И начать новую войну? Ты хитрец! Знаешь, как подогнать соперников к новой битве. Но какая тебе с того выгода? Или твоей госпоже это нужно?
- Признаю, Медея Шаи не любит людей, но и фей она тоже не любит. Иногда кажется, что ей невыносимы все, кроме нее самой. Только к вам, ваше волшебное величество, она испытывает подлинное влечение. И боюсь лишь из-за ваших земель, а не из-за вас самого.
- Она не могла послать чуть более дипломатичного свата. Ты болтаешь не в меру.
- Я честен и пытаюсь предостеречь всех от ошибок, но меня мало кто слушает. Боюсь, я и сам к себе редко прислушивался, иначе б мне не отсекли голову.
Он снял ее, будто головной убор, перед тем как раскланяться на прощание.
- Не упускайте шанса, - посоветовал он с шутливой усмешкой, - будь у меня вторая голова, и я, не задумываясь, пожертвовал бы ею ради одной улыбки графини Амаранты.