- Это алконост! Держись подальше! – сказал вдруг кто-то, не по-доброму шипя.
Амаранта заметила в нижней клетке большого то ли кречета, то ли монстра. Ей стало дурно от его вида.
- Не хмурься так, красавица! Не всем так повезло с внешностью, как сиятельному Дагде, - с сарказмом протянуло птицеподобное существо. – Считаешь меня чучелом, а его красавцем? Знала бы ты, как все обстоит на самом деле. Ты бы удивилась!
Хохот птицы был подобен злобному эху. От него мороз пробежал по коже.
- Кстати, тебе понравилось понимать трескотню глупых соколов, ястребов и куропаток? Однажды поцелуй эльфа одарит тебя способностью слышать, о чем говорят капли дождя и огонь в камине. Это может свести с ума! Бойся даров Дагды.
- Я не боюсь! – Амаранта застыла рядом с клеткой, не в силах отойти. Или это красные глаза птицы-монстра так ее загипнотизировали, что двинуться не хватает сил.
- А если у тебя появятся от эльфа пара-тройка детей-чудовищ? Тогда ты испугаешься?
- А такое может быть?
- Посмотри на меня! Мой вид тебе приятен? Не раздражает?
- Ты еще одно диво дивное из коллекции графа Ангуса.
- А ты еще одна наивная молодая графиня, которая не понимает, что жить на границах волшебного царства еще опаснее, чем на границе с адом.
Амаранта присела на пол рядом с клеткой, шурша пышными юбками. Стоять больше не было сил, коленки подгибались. А птица-монстр гоготала, как будто смеялась.
- Похить ключи у своего злодея-мужа и освободи меня, - вдруг потребовала она.
- Воровать нехорошо! – Амаранте стало страшно.
- А иначе он и тебя запрет, как меня, ведь ты тоже волшебная! Поэтому он на тебе и женился, чтобы запереть. Жену всегда можно объявить умалишенной, и никто не станет разбираться, что она на самом деле фея.
- Я не фея!
- Не слушайте его, миледи! – это был Теобальд. Он как верный телохранитель вырос позади и положил мощные руки в латных рукавицах ей на плечи, будто защищая. Амаранта поморщилась от тяжести лат, а птица-жуть выругалась и юркнула во тьму клетки.
- Она из царства Медеи Шаи, - неохотно пояснил Теобальд.
- А что это такое? – название показалось ей смутно знакомым.
- Это черное урочище, где гнездятся всевозможные монстры.
- Там тоже правит король эльфов Дагда.
- Вероятно, вскоре будет править.
- Путем войны? Вы же категорически против военных действий.
- Только не я, - Теобальд положил одну руку на эфес меча.
- А с царством Медеи Шаи мы в военном положении?
- Медея Шаи – черная фея. Она со всеми во вражеских отношениях. И она руководит полчищами чудовищ.
- А с Дагдой она враждует?
- Его народ уповает, что все решиться путем брака.
У Амаранты ухнуло сердце.
- То есть он в нее влюблен.
Все складывалось идеально – он белокурый эльф, она наверняка страшненькая брюнетка, вероятно, даже темнокожая. Самых красивых белокурых парней чаще всего тянет к черноволосым дурнушкам. Амаранта ни разу не видела, чтобы какой-то светловолосый красавчик увлекся блондинкой. А она как раз блондинка. Эльфа не может к ней тянуть. А ее-то как раз к нему тянет, как колдовским магнитом. Сердце билось, как птица в клетке.
Жуткий собеседник вынырнул из-за прутьев и осклабился, давая понять, что знает все ее грешные помыслы. Ей хотелось на брачное ложе с Дагдой. С эльфом, а не с человеком. Она хотела быть на месте Медеи Шаи, даже если ради этого придется обменять свою красивую внешность на уродливое чернокрылое тело. Судя по внешности уродца, пойманного в клетку, все подданные Медеи Шаи безобразны. Значит, их госпожа еще отвратительнее. Но красивого, как рассвет, Дагду, наверняка к ней очень тянет. Ведь противоположности, как всем известно, взаимопритяжимы. Он, как ясное утро, она, как ночной кошмар. Объединившись, они могут править двумя народами сразу и стать вдвое сильнее. Такой брачной паре станут подчиняться и прекрасные эльфы, и всесильные монстры. Как удачно все сложится!
Амаранта ощутила, что сейчас упадет в обморок. Теобальд ее поддержал.
- Вам дурно?
- Просто голова закружилась.
- Хотите, присесть, - в углу стояла изящная скамья с ажурной спинкой. Рядом с ней бежал из стены фонтан. Сверху вода падала по мраморным ракушкам капелью, внизу била струями. От близости воды Амаранте всегда становилось лучше. Она никогда не думала о водяных и водяницах, которые якобы способны управлять людьми через водные потоки.
- Плохо, что если Медея Шаи и Дагда соединяться, то они могут пойти войной и на нас, и на весь мир, - признал очевидность угрозы Теобальд.
- Но Дагда вроде бы против войны и кровопролития.