Амаранта пробилась в первые ряды толпы, собравшейся вокруг луга, на котором будут драться граф и король эльфов. Тут опасно! Ее могут задеть мечом. Ангус уже снял камзол и надел легкую кирасу. Дагда остался в зеленом кафтане, отороченном живыми листьями.
Привилегию нападать первым он оставил своему смертному противнику. Спустя мгновение сразу стало ясно почему. Дагда отражал удары слегка, но этого хватало, чтобы Ангус подал с ног. А что будет, если эльф станет драться во всю силу?
За плечами Амаранты публика делала ставки. Почти все кроме самых верных друзей Ангуса поставили на Дагду.
- А на кого поставишь ты? – теребила ее за плечо Аделина. – Я поставила свой последний дублон, и даже свои бриллиантовые серьги на эльфа. И думаю, что я не ошибусь.
- Как можно делать ставки, когда люди могут ранить друг друга? – возмутилась Амаранта.
- Не люди, а эльфы, ты хотела сказать? У людей, я смотрю, шанса нет.
Она была права. Ангус получал ушиб за ушибом. На лице и теле у него уже появились ссадины, а эльф даже не прилагал никаких усилий. Лишь отражал удары.
- Как думаешь, мною может увлечься хоть один эльф? – заволновалась Аделина.
- Ты серьезно?
- Да, - подруга с готовностью кивнула. – Хочу за такого замуж. Он красив и силен, и богат, наверное. С таким защитником мне и целая армия не страшна.
Дагда уже демонстрировал свое умение сразу на нескольких рыцарях, потому что Ангус слишком сильно ушибся и попросил о временной передышке. Как легко эльфу удавалось справиться вначале с пятью, потом с десятком, а позже и с дюжиной самых умелых рыцарей!
- Он чемпион! – Аделина смотрела на него влюбленными глазами. – Не представишь меня ему или кому-то из его волшебного племени?
- Я сам с ним почти не знакома, - соврала Амаранта. Как только ложь так легко сорвалась с ее губ! Видимо, она становиться лгуньей, как все эльфы или как все влюбленные, которые вынуждены скрывать свои чувства.
- Ерунда! Как хозяйка замка ты имеешь право перезнакомить между собой всех, кто к тебе пришел. Таков местный этикет. Графине позволено все.
- Дома была иначе.
- Поэтому здесь мне нравиться больше. А тебе?
- Даже не верю, что мне все позволено.
- Кроме как остановить поединок, - подчеркнула Инфанта, вцепившись до крови когтями в плечо Амаранты, на которое присела, как на шест. – А его бы надо остановить, если не хочешь овдоветь. Король эльфов задумал недоброе.
С чего это вдруг нахальная птица так переволновалась? Ведь сама же недавно хотела, что б Амаранта стала вдовой.
- Не верю, - вмешалась Аделина. – Эльфы галантные и доблестные.
- И ты хочешь, чтобы я сосватала тебя одному из них? – поддела ее Амаранта.
- Конечно, - Аделина не стала мяться и врать. За прямолинейность ее многие недолюбливали.
- А что если эльфам нельзя жениться вообще? – Амаранта беспокоилась об этом и сама, хотя ей быть невестой вскоре уже не светит. И все равно страшно, что Дагда жениться однажды на ком-то. На королеве фей, например.
- Они же не монахи! – возмутилась Аделина.
- Ну, вдруг им не разрешается брать в жены смертных девушек, а только своих эльфиек.
- Запреты есть для того, чтобы их нарушать, - Аделина с хрустом раскрыла роскошный веер. – Что-то жарко стало!
И правда! Трава вокруг ног Дагды обгорела и почернела. Кажется, жар исходил от него.
- Он в гневе! – пропищала Инфанта прямо ей на ухо. – Когда король эльфов в гневе, то может вызывать огонь.
И правда, на нескольких рыцарях, вспыхнули латы. Оруженосцы побежали за ведрами воды из колодца. Никто не понимал в чем дело. А Дагда уже снова дрался с отдохнувшим Ангусом. Граф даже после передышки выглядел изможденным. А эльф, напротив, был полон новых сил. В том числе и магических. От его меча отлетали сверкающие разноцветные искры. Ангус жмурился, потому что вид эльфа начал слепить ему глаза.
- Такое бывает, - пояснила Инфанта, подозрительно многое знавшая об эльфах. – Их вид ослепляет противников, поэтому людям невозможно с ними драться. А вот один Дагда может одолеть целый полк или даже сразиться с настоящим драконом.
- А почему он гневается, если сознает свою неуязвимость?
- Он хочет убить сейчас, но помнит о каком-то древнем условии, которое не позволяет ему убить.
- Это из-за мирного союза?
- Нет. Какая-то другая причина.