— Ну ладно, — семикурсник пожал плечами.
Они вышли из зала втроем: Драко, Эдриан и Гарри в мантии-невидимке. Прямо навстречу Малфою выбежала толпа второкурсников из Гриффиндора — легкая добыча. Но Малфой даже не взглянул на них и направился в сторону подземелий. Но, подойдя ко входу в гостиную Слизерина, он не остановился, а продолжил спускаться по узкой винтовой лестнице.
— Малфой? Куда мы идем? — удивленно спросил Пьюси.
— Сейчас узнаешь, — Драко заклинанием открыл перед ним какую-то дверь. — Проходи, пожалуйста.
Эдриан заглянул внутрь комнаты и в ужасе отшатнулся. Гарри не мог видеть, что находилось в этом помещении, но предположил, что это должно было быть поистине ужасным, чтобы напугать слизеринца-семикурсника.
— Малфой? — тихо произнес Эдриан. — Что ты задумал?
Драко без слов толкнул его внутрь и загородил проход. Пьюси попытался выйти, но сзади кто-то тянул его назад.
— Крэбб, Гойл, вы знаете, что делать, — скомандовал блондин.
— Малфой, что я тебе сделал? — громко воскликнул Эдриан. — Я сдержал слово! Я за этот год к нему и близко не подходил!
— Это уже не имеет значения, Пьюси, — устало произнес блондин. — Ты просто оказался полезен. Мне жаль… Правда, жаль, Эд…
Малфой достал из кармана совершенно мерзкого вида розовую ленточку и кинул ее на пол.
— Подарки должны быть перевязаны ленточкой, — произнес он. — Крэбб, Гойл, я на вас рассчитываю…
Сказав это, он развернулся на каблуках и стал, не торопясь, подниматься по лестнице. Гарри испытывал весьма противоречивые чувства — с одной стороны ему хотелось сорвать с себя мантию, ворваться в комнату, оглушить гиппопотамоголовых уродов и выручить Пьюси, с которым, судя по всему, должно было случиться что-то ужасное. С другой стороны, Гарри, конечно не на столько волновался о Пьюси, чтобы из-за него раскрыть свой план Малфою.
«Не хватало еще, чтобы он узнал, что я следил за ним целый день!»
Гарри с трудом подавил в себе «инстинкт героя» и, решив, что все-таки не стоит вмешиваться в дела слизеринцев, отправился вслед за Малфоем. По пути в слизеринскую гостиную он размышлял, что же такого мог сделать Пьюси и, что его теперь ожидает…
Драко устало повалился на кровать. Обхватив обеими руками одну из многочисленных подушек, он уткнулся в нее лицом, и Гарри различил еле-слышный шепот:
— Ненавижу тебя… Как я мог влюбиться…
Гарри почувствовал укол в сердце… Малфой влюблен в него… На самом деле… Это не игра и не спектакль.
«Не может быть… Я не… не могу поверить… Быть может, это не я…»
— Поооооотер!!! — отчаянно простонал Драко, еще сильнее вжавшись в шелковую подушку. — Почему? Почему я люблю его? Будь ты проклят, Поттер…
В его голосе были, искренние переживания, настоящая боль и, кажется, сильные чувства… Гарри изо всех сил сдерживал себя, чтобы не дотронуться до светлых прядей, разметавшихся по постели, не коснуться алых губ, прокушенных до крови, не слизнуть алую струйку, сбегавшую по подбородку…
«Нет, Гарри!!!»
Он опустился на пол рядом с кроватью Малфоя, чувствуя, что скоро потеряет над собой контроль. Драко… такой красивый… такой желанный… он сейчас рядом и зовет его… Стоит только протянуть руку… Почему бы и нет?
«Что это? Выходит, я тоже влюблен в этого слизеринского зазнайку?»
Гарри изо всех сил пытался убедить себя в обратном. Нет, нет и еще раз нет! Он не может… Не может… Не должен ХОТЕТЬ любить Драко…
— Черт, Поттер! — громко воскликнул Драко. — Я тебя ненавижу, но ты будешь моим!!! Или я не Малфой!
От этих слов что-то пролилось в груди Гарри и кипятком пробежало по венам до кончиков пальцев. Он почувствовал, как загорелись щеки.
«Малфой… Не надо… Зачем ты так говоришь? Это жестоко…»
Да, слизеринец был жестоким. Разве только что не подтвердился с Эдрианом Пьюси тот факт, что Малфой — всего лишь злобный кусок драконьего дерьма? Но почему же это больше не волнует Гарри? Почему он так счастлив узнать, что Драко ДЕЙСТВИТЕЛЬНО любит его?
«Малфой… Малфой… Может быть… я тоже…»
Гарри склонил голову на край кровати.
— Поттер… — снова прошептал блондин, словно в бреду.
«Я здесь… Здесь… Но я не знаю, что делать… Правда… Не знаю… Подскажи мне…»
Гарри закрыл глаза, и перед ним пронеслись моменты их столкновений…
«Что было бы, если бы я протянул ему руку тогда? Был бы я слизеринцем? Быть может, я стал бы совсем другим… Не таким, как сейчас… Но ведь именно меня он любит… Такого, как я есть…»