Она сжимала руками свое правое плечо и морщилась. Похоже, ее ранили.
- Пирва обезумел. Он не разбирает, кто перед ним! И уничтожит всех на своем пути! Беги! Я задержу его! - крикнула Госпожа Эйя и бросилась к своему сыну.
Секира Пирвы взметнулась, чтобы обрушиться прямо на нее.
Мили не думал. Он кинулся наперерез Пирве и поспешно оттолкнул Госпожу своей силой. А потом в страхе зажмурился, ожидая нестерпимой боли. Потому что… Потому что при таком замахе секиру невозможно было остановить.
Но прошла секунда, потом - две, а затем - еще больше, и ничего не произошло.
Мили осторожно приоткрыл глаза. Делать это было ужасно страшно.
А вдруг он уже умер?
Но нет, похоже, Хасамили был жив.
Потому что первое, что он заметил, - это лезвие секиры, которое едва-едва задевало его плечо. Оно было настолько близко, что распороло на нем халат. Одеяние сползло и болталось в районе пояса Мили.
Пирва застыл напротив него и, казалось, не собирался двигаться в ближайшие лет сто.
Его глаза были пустыми и ничего не выражали. Но потом…
Потом они вдруг на секунду вспыхнули, посветлели, а затем стали совсем черными. Еще темнее, чем были. На жалкий миг взгляд Пирвы опустился на грудь Мили, а потом все вернулось на круги своя. Будто ничего и не произошло.
Но Хасамили не пропустил этот момент. Он понял - его тело до сих пор имело власть над Пирвой. А значит… Значит, стоило рискнуть.
Мили собрался с силами и осторожно схватил Пирву за плечо, притягивая его к себе. Тот не сопротивлялся, и их губы соприкоснулись в едва заметном, слабом поцелуе.
Черная жижа запачкала рот Мили, но ему было плевать на это…
Главное, что Пирва не отталкивал его. И, похоже, не собирался убивать.
========== Глава 22. Брось на алтарь ==========
Сначала касание губ было совсем детским. Они не углубляли поцелуй, но потом…
Потом Пирва притянул Мили к себе ближе, стискивая до боли ему талию и буквально ворвался своим языком в его рот. Это было грубо и не сказать, чтобы приятно, но Хасамили вдруг задрожал.
Ему понравилось?
Да, похоже, что так. Даже несмотря на то, что черная жижа хлынула Мили в горло.
На вкус она была… Никакой? Так что какая разница?
- Мили! - вдруг крикнули рядом - это был голос Госпожи, - Ты должен спасаться. Пирва не осознает себя до конца! Ты можешь пострадать!
Сразу после этих слов послышался какой-то шум, и вдруг Пирва резко оторвался от губ Мили и задвинул его себе за спину.
Хасамили осторожно выглянул из-за его плеча, чтобы понять, что происходит.
В храме появились новые лица. И этих магов Мили прекрасно знал.
Первым шел худой, бледный мужчина в черных одеждах, с пустым выражением на лице и идеально забранными волосами - глава Вурункати. Прямо за его правым плечом маячил Инар Вурункати, муж главы. Он тоже был в черном, но лицо его было подвижным и живым. На нем застыло волнение и решимость.
Замыкал тройку Шимике Эстанус, как всегда холодно-прекрасный, с мягким светом в глазах. Его бледно-розовые одежды в этом мрачном храме смотрелись весьма странно.
Этих магов Мили прекрасно знал. Лично общался с ними с детства. Но отношения у них всегда были натянутыми, и Мили не знал, чего от них ждать.
Правда, он был уверен, что они не захотят убивать Пирву.
В конце концов, Глава Эйя был Шимике почти братом.
Манекены без лиц, следующие за Главой Вурункати, схватили под руки Госпожу Эйя и попытались вывести ее наружу.
- Нет! - дернулась она, - Нет! Что вы собрались делать с моим сыном?! Остановитесь!
- Ничего плохого мы не сделаем, - спокойно проговорил Шимике Эстанус, - Мы просто поймаем его в ловушку. Он наш друг, и мы не причиним ему боли…
Госпожу поспешно увели, а Пирва, казалось, этого даже не заметил. Он лишь прижал Мили к своему боку, стиснув его талию крепче.
Хотя куда уже крепче?
- Будущий глава Эа, - обратился к Хасамили Куду-Или Вурункати, - Сейчас мы окружим Пирву магией, которую невозможно сожрать, а вы попытайтесь сбежать. По возможности.
- Будущий глава Эа, - вдруг перебил мужа Инар, - Даже не пытайтесь сбежать! Вообще, не дергайтесь!
- Ты хочешь поспорить со мной именно сейчас? Серьезно, Инар? - чуть повернул к нему голову глава Вурункати.
- Куду-Или, ты такой умный, но иногда дурак дураком! - закатил глаза Инар, - Смотри, как Пирва держит Хасамили Эа! И заметь, он его не убивает! Да если мы сейчас Хасамили украдем, головы полетят во все стороны!
Глава Вурункати цепко оглядел талию Мили, на которой сжались пальцы Пирвы, и едва заметно кивнул, соглашаясь.
- Давайте, начнем! - громко объявил Шимике, - Будущий глава Эа, не бойтесь. Эта ловушка должна запечатать силы Пирвы… Вы не пострадаете.
Куду-Или поспешно извлек свою саблю и скрестил ее с мечом Шимике. От лезвий их оружия взметнулся столб ослепительного света и окружил Мили и Пирву.
Последний чуть вскинул подбородок, будто бы с интересом оглядывая сеть над своей головой. Глаза Пирвы оставались черными, но в них на секунду мелькнуло странное выражение. Будто бы насмешка… А потом светлая сила вверху будто бы начала трескаться.
- Пирва не жрет силу, - вдруг с напряжением произнес Куду-Или, - Но он ее разрушает…
- Шимике, почему ты не привел своего мужа? - холодно добавил глава Вурункати через минуту, - Может, при виде брата он бы пришел в себя…
- Я не хочу волновать Арму, - спокойно возразили ему, - Он ничего не знает. Узнает, когда с его братом все будет в порядке…
- Если с ним все будет в порядке! - со значением поправил Шимике Куду-Или.
- Нет, когда! - жестко остановил его Шимике, - Я не могу подвести Арму.
Но, кажется, он подвел.
Светлая сила вдруг треснула и рассыпалась в пепел над их головами…
Пирва оскалился, и в его руках возникла секира. Он, видимо, действительно собирался рубить головы.
Нужно было остановить его, пока не стало поздно.
Мили поспешно схватил Пирву за запястье и взмолился:
- Не надо! Не обращай на них внимание! Смотри… Смотри только на меня, хорошо? Разве ты не хочешь… Не хочешь меня?
Пирва не изменился в лице, и Мили, психанув, стянул свой халат чуть ли не полностью…
И надо же!
Глаза Пирвы сверкнули.
- Возьми меня! Просто возьми, наконец, меня! - не сдавался Мили, - Пожалуйста! Заточи свой клинок! Войди в мои ножны! Пусть твой дракон вырвется наружу! Помнишь, помнишь, как я это говорил?
- У меня сейчас кровь пойдет из ушей, - равнодушно пробормотал Куду-Или.