Шимике вежливо отвернулся, будто бы его здесь, вообще, не было. И только Инара происходящее, казалось, совсем не удивляло.
- Брось меня на алтарь и возьми меня, наконец! Покори! - все больше распалялся Хасамили, - Сколько можно терпеть? Мне, правда, не очень нравится здесь обстановка, но что поделаешь…
Сначала Пирва никак не отреагировал на слова Мили, но потом секира в его руках исчезла, а пол под их ногами начал проваливаться.
Они с Хасамили рухнули вниз, в серо-белый свет, а через секунду их выбросило неизвестно куда.
Мили успел увидеть под собой траву, а рядом - ветви могучего дерева. В следующий миг неподалеку от него, на землю, шлепнулся алтарь.
Хасамили вытаращил глаза. Кажется, фразу “брось меня на алтарь и возьми” Пирва понял буквально…
========== Глава 23. Не сможешь сбежать ==========
- Пирва! - тихо позвал мага Хасамили, - Ты слышишь меня? Ты… Понимаешь меня?
Пирва молчал. Но его черные глаза, казалось, неотрывно смотрели на Мили.
- Пирва, мы тут с какой целью? - Хасамили покосился на алтарь.
Ну, неужели Мили действительно хотели бросить на священный камень и взять? Неужели Пирве в таком состоянии был важен какой-то там Хасамили?
Но, видимо, был.
Пирва вдруг, не издав ни звука, схватил Мили, обнял его за талию и бросил на алтарь.
- Пирва! - пискнул несмело Хасамили.
Нет, Мили как бы сам на это намекал!
Умолял заточить клинок, войти в свои ножны, но…
Все равно было страшно.
Мили даже не знал точно, осознавал ли себя Пирва. Был ли это действительно он…
- Пирва, это ты? - задал самый тупой вопрос, который только мог, Хасамили.
Пирва вновь ничего не ответил, но он вдруг взял Мили за руку и положил ее себе на запястье. Пальцы Хасамили ощутили холодные звенья цепочки…
Подождите-ка!
Не этот ли браслет подарил Мили Пирве?
Хасамили скосил глаза и изловчился разглядеть украшение. И правда - этот.
Мили немного успокоился.
- Так, значит, ты знаешь, что я - это я? - снова задал глупый вопрос Мили.
Пирва молчал, а потом вдруг провел губами по челюсти Хасамили.
Это значило, что Глава Эйя его помнил?
На поцелуях Пирва не остановился. Он вдруг скинул с себя халат и буквально забрался на Хасамили, освобождая его от золотых одеяний, которые сейчас были больше похожи на лохмотья.
Губы главы Эйя впились в рот Мили. Тот замычал от удивления, а потом просто сдался - разомкнул губы. Пусть делает все, что угодно. Ну, это же Пирва, верно? Даже если слегка не в себе…
Изо рта Пирвы больше ничего не текло. Если не брать странный цвет его глаз, их изменение, то и не скажешь, что недавно происходило нечто жуткое.
Действия Пирвы были осторожными, даже нежными. Тепло чужого тела и ласковые касания повлияли на Мили, как солнце на шоколад. Он растаял. По телу его потекло возбуждение. Руки и ноги почти отнялись.
А Пирва продолжал добивать его. Глава Эйя теперь осыпал поцелуями все лицо Мили…
Ох, такая нежность! Это точно был Пирва, который только что пытался всем рубить головы?
Но только Мили удивился этому, как в Пирву будто демон вселился.
Он притянул Хасамили к себе и усадил его на свои колени. Достоинство Мили, которое и до этого было твердым, просительно ткнулось Пирве в живот.
Глава Эйя в ответ сжал его талию до боли и укусил Мили за нижнюю губу.
О, знакомые действия! Вот теперь Мили окончательно успокоился.
Это был его кусачий Пирва! Сейчас он снова уничтожал губы Мили… С явной жадностью и охотой.
А потом Пирва впился зубами в его шею, словно ставя метку. Пальцы главы Эйя стиснули по-собственнически ягодицы Мили, раздвигая их в стороны.
Хасамили попытался перехватить взгляд Пирвы, но не смог. Пирва внезапно оторвался от шеи Мили, сам внимательно посмотрел ему в глаза, а затем Хасамили почувствовал боль. Между ягодиц словно горело.
Правда, длились неприятные ощущения недолго. Все прошло моментально, как рукой сняло… Мили поймал взгляд Пирвы, и чернота затопила его. Казалось, что она хлынула ему в нос, уши, рот… Все растворилось в этой тьме.
Мили дышал через рот, чувствуя чужие губы на своих, цеплялся за плечи Пирвы и чувствовал толчки его бедер, как сквозь вату.
Он плыл по течению. Его тело распадалось на части, а потом будто соединялось обратно.
Было странно… Мили словно взрывался изнутри. Или рождался… Он пока не понимал. Но больно не было. Было хорошо и спокойно.
А потом что-то внизу треснуло, и свет, окружающий Мили, на несколько секунд погас. Кажется, он потерял сознание.
Очнулся Хасамили от того, что кто-то прижимал его к себе и целовал в висок.
Хотя почему кто-то?
Мили узнал Пирву мгновенно.
- Прости, - глава Эйя пропустил пряди его волос сквозь свои пальцы, - Прости…
- Что произошло? - тихо прокаркал Мили, утирая кровавые разводы под своим носом.
Он чувствовал себя так, будто по нему проскакал табун лошадей.
- Наши силы схлестнулись, - тяжело выдохнули ему в висок, - Во время… Во время нашей близости. Наши зои начали объединяться, и тебе стало дурно. Прости. Твое тело не создано для моей магии. Но не бойся… Все позади.
- А… - принялся с трудом бормотать Мили - в голове клубился туман, - А с тобой все в порядке? Эта тварь, Лацхан Кашку, сказал, что тебя разорвет от поглощенной некры…
- Меня могло разорвать, - Пирва провел кончиком носа по его виску, - Но потом я справился… Когда увидел тебя. Твои коровьи ресницы - это страшная сила, знаешь? Я даже начал понимать забавную болтовню своих друзей, представляешь? И все благодаря тебе.
О, он издевался, да?
Или нет?
А потом Мили заметил, что сидит на груде камней.
- Что это? - вырвалось у Хасамили.
- Мы раскололи алтарь, - спокойно пожал плечами Пирва.
Ого! А он и не заметил!
- Твой отец теперь точно примет меня, - как-то самодовольно усмехнулся Пирва.
О, ну да…
Мили потерял девственность на священном камне.
Теперь отец сам пойдет арканить Пирву. Да он и без этого бы пошел…
Ради Мили.
Хасамили поднес один из камней к своим глазам и вдруг заметил, что от его запястья тянется ниточка, почти веревка, светло-черной силы. Полосатой такой…
- Что это? - удивленно пробормотал Мили.
- Это значит то, что ты никогда уже не сможешь от меня сбежать, - еще довольнее ответил Пирва.