Тот стоял неподвижно, словно спал. Якунитатанай аккуратно отвёл его в сторону, к ящикам запчастей, чтобы никто случайно не наткнулся на них в суматохе. Потом отработанным движением раскрыл грудную клетку своего пациента и снова запустил сканирование: процессорную трубку выбило с нижнего крепления от сильного удара. Вернуть её на место было не трудно, а вот с разорванными проводами пришлось повозиться дольше – соединять каждый по отдельности и заливать фиксирующим гелем.
Когда Яку закончил, то поймал на себе внимательный взгляд кривокрылого.
- Пока побудь здесь, займёмся тобой, когда волна схлынет.
С этими словами Якунитатанай вернулся к ополовиненному андроиду. Взял горячие щипцы и зажал концы экиевых трубок, после чего принялся соединять между собой охлаждающие.
«Если все инженеры на Шурхе мертвы, значит ли это, что забрать могут и меня?», - промчалось у него в голове.
Прежде Яку ни раз видел похожие сцены, похожие ранения, но всё равно ему стало страшно.
- Они приручили утробцев… огромных… они жрут нас, - заговорил раненный. - И этот яд, они… его очень много.
Яку ещё раз взглянул на края полимера. Действительно: выглядели они так, словно кто-то огромный откусил нижнюю часть туловища бедолаге.
- Андроидов мало… надо сделать новых… иначе – всё… - продолжил лишившийся боец. – Мало… нужно ещё…
На памяти Яку город ещё не терпел таких многочисленных поражений: те пятьсот, о которых говорил Тэрасу, плюс новые потери… Яку в ужасе замер, чувствуя, как к нему возвращается ощущение собственной никчёмности.
Аме нужны боевые андроиды.
Яку - боевой андроид.
Вот только исполнить предназначенную ему роль не способен.
«Якунитатанай» - отзвуком прошлого в голове пронёсся голос главного конструктора. Он был первым, кто назвал так новоиспечённого боевого андроида Ро-2.14. В тот день Яку впервые смотрел на мир и осознавал себя. Он помнил большую белую комнату с широким экраном на стене, с которого к нему и ещё девятнадцати таким же, как он, обратился Тэрасу.
- Якунитатанай! – кто-то звал его по имени, вырывая из оцепенения. – Яку! Ты закончил? – это оказался Заплатка, остановившийся рядом с тележкой-каталкой. – Там в коридоре горячий, займись им!
«Горячий» означало, что андроид выдаёт искры. Причин тому могла быть масса, вплоть до критического замыкания в Центральном процессоре.
Быстро закончив со своим подопечным, Яку выбежал в холл. Инженеры лазарета грузили тележки с раненными в лифты. Часть бойцов сидела на полу, часть стояли, оживлённо переговариваясь. Кто-то, наоборот, мрачно молчал. У одних колотые ранения, у других содранный покров тела. С такими ранами солдаты обычно продолжали бой, а это значило, что сражения временно закончились.
В дальнем левом углу лежало несколько тел. Рядом сидел запачканный синей кровью ипхов андроид и зажимал дыру в груди, меж пальцев просачивалась пыль Кац-Цаат и поднималась к потолку. Порошок этот чаорэ-рэ-чиррэ добывали в кольцах Цак-Цака и продавали андроидам - он стабилизировал выработку энергии ядра. Яку хотел подойти к раненному, но его опередил другой инженер.
«Горячих» не было, и Яку уже собрался вернуться в отдел, как взгляд споткнулся о ярко-красного боевого андроида. Обычно военных красили в камуфляжный жёлто-коричневый или в тёмно-зелёный цвета. Встречались чёрные и тёмно-синие варианты. На войне важную роль играла неприметность. А вот красный боевой андроид, должно быть, горел для ипхов точно костёр.
Незнакомец стоял у самого выхода и, казалось, не мог сдвинуться с места. Даже совершал явственные попытки шагнуть.
«Заклинило», - понял Яку.
Он решительно направился вперёд, но тут андроид резко выбросил крылья, и левое ударило стоящего у выхода солдата. Прямо в голову. От сильного удара тот завалился, товарищ попытался его поддержать, но ничего не вышло. Упали оба и повалили трёхметровую трубку с меняющей цвет жидкостью – предмет декора.
В следующую же секунду красному андроиду удалось-таки шагнуть вперёд. При этом, он, кажется, не замечал расправленных крыльев. Из бёдер выехали рукояти палашей.
- Ты что творишь! – воскликнул упавший.
В ответ красный разразился пучками жёлтых искр по всему корпусу.
- Эй! – воскликнул Яку, кидаясь вперёд, - Эй, я инженер! У тебя неисправность.
Красный уверенно шагнул, сильно ударился крыльями о стены дверного прохода и, кажется, пришёл от этого удара в себя. Потому что в следующий миг он сложил крылья и обернулся на голос.
- Да всё отлично!
Когда военный обернулся, Яку оторопел ещё сильнее. Прямо на его груди большими буквами было написано «Тэрасу жрёт дерьмо». Причём написано было вверх ногами.