Несмотря на это, дороги назад просто не было. Как инженер, Яку предполагал, что, если энергия не поступала к процессору Ацуя от собственного ядра, следовало подзарядить это ядро извне. По идее, мощный заряд, переданный в ЦП из другого источника, должен был выбить блок, созданный магнитной бомбой. Однако, при негативном раскладе Яку постигла бы участь Ацуя.
Он волновался так сильно, что слышал пульсацию отту внутри головы. Он впервые в жизни шёл по лезвию ножа, понимая, что каждый следующий шаг может стать последним, и при этом торопился, как мог.
Он умелой рукой инженера вскрыл череп Ацуя и навис над ним грудной клеткой. Ещё секунда, и зажатые в руке оголённые провода процессорной трубки сомкнутся с контактом.
Но Яку не успел.
Ещё одна бомба упала рядом, случился магнитный выброс, и тело стало лёгким. Сознание померкло.
Яку резко очнулся от ощущения, будто голову подключили напрямую к Радрасу: настолько мощным оказался вернувшийся поток энергии. Программы сбоили ещё несколько секунд, затем пришли в норму.
Яку обнаружил себя в полумраке, лежащим на правом боку. Навигатор утверждал, что находится он до сих пор в заводском квартале, время 02:13.
В крошечной комнатке было душно, воздух казался спёртым, будто находились они под землёй. Прямо перед Яку на коленях стоял тёмно-синий андроид стандартной модели, запустив руки внутрь его грудной клетки. Якунитатанай дёрнулся назад, и незнакомец зашипел:
— Осторожно, боёвка! Я же помочь тебе хочу!
Их глаза встретились, затем синий андроид придвинулся ближе, чтобы закончить начатое. Яку проследил за его движениями и, убедившись, что тот действительно занят ремонтом, сопротивляться не стал.
Данные, наконец, прогрузились до конца, и Яку вспомнил, как собственным руками выломал процессорную трубку, и, подрываясь вверх, выпалил:
— Где мой друг?
На пару секунд вопрос подвис в воздухе. За это время синий андроид попытался уложить Яку обратно на пол, но ничего не вышло, и ремонт пришлось продолжить как есть.
— С ним всё в порядке, — тихий голос прозвучал от стены напротив — свет ущербной лампы её почти не озарял.
Во мраке вспыхнула пара голубых огоньков — внимательно глядящих глаз.
Яку напрягся и почувствовал, как внутри скапливается горячий пар. Призрак сделал два шага вперёд.
— Мы знаем, что твоя память не защищена, — медленно произнёс он, повисла пауза. — Мы в любом случае получим информацию, — и снова пауза. — Можем сделать это цивилизованно, а можем уподобиться ипхам и забрать её силой. Тебе решать.
Тон его был спокойным и так не вязался со сказанными словами, что Яку внутренне закипал всё сильнее. Призрак же был совершенно спокоен, пристально изучая собеседника.
Яку проанализировал всё и понял, что просто не знает, что делать дальше. Призрак и правда способен забрать информацию силой — скачать к себе, словно с бездушного носителя. Это напомнило Яку об ужасном случае в Персонализации, когда в него вторглись, словно в общественный компьютер. Это было отвратительно, после такого хочется сжаться комок и никого не видеть.
— Если расскажешь, останешься в живых, отправишься за купол и получишь возможность на новую жизнь, — едва ли не ласково увещевал Призрак.
Тем временем незнакомый синий андроид, наконец-то, закончил с ремонтом и отошёл в сторону, к двери. Яку кинул на неё быстрый взгляд, потом на широкое прямоугольно зеркало на стене, поднялся на ноги.
Яку был гораздо выше и крупнее Призрака, потому на секунду почувствовал собственное превосходство. Однако ощущение это быстро прошло, ведь у помощника Тэрасу точно были союзники.
Связываться с Перезагрузкой не имело смысла: они никак не смогут помочь. Яку охватило отчаяние. Попасться ещё до вступления в ряды несогласных было и горько, и комично.
— Что будет с тем красным?
— Он предстанет перед судом, — Призрак даже не шевельнулся.
Если Яку попытается сбежать, то, вероятнее всего, его поймают и сразу же применят силу. Этого нельзя допустить. Необходимо уничтожить информацию.
— Где Ёкай? — голос Призрака внезапно сделался жёстче.
Яку сохранял молчание, судорожно просчитывая варианты и возможные исходы, пока не осталось только одного:
«Взорвать собственный центральный процессор».
Чудовищно, несправедливо, абсурдно. Яку так сильно любил жить! Он так мало ещё узнал! Вспомнилось, почему-то, что так и не выложил в ОБИ последние снимки Красных жуков и не увидел дворец таюссов. Интересно, они и правда похожи на горы?
Отту перегрелось и пульсировало, температура в процессоре достигла едва ли не максимального показателя. Яку хотелось сказать, что всё это лишь недоразумение, что он хочет вернуться домой, что ему не так уж важны перемены — он просто хочет жить. Другая его часть понимала, что с Перезагрузкой он встретился бы разно или поздно. И было жаль лишь одного: что совсем ничего не смог сделать для города, что полностью оправдал своё имя. Злость и бессилие сменяли друг друга.