Раздались щелчки — это Тюльпан выстригал что-то кусачками, сидя на полу, возле своей кровати. Рядом стояла тумбочка, захламлённая вещами, которые окружали её со всех сторон: лежали на полу и даже перетекали на кровать. Если подойти поближе, можно будет обнаружить в ней обрезки проводов, резиновые колёсики, лекала, ароматические палочки, бумажные цветы, инструменты для резки, рулоны бумаги, ткань и не пойми что ещё. Венцом всего этого беспорядка являлся плакат, растянутый на стене прямо над тумбочкой: на нём в подробном чертеже изображались механические паучьи ноги.
Тумбочка Яку, надо заметить, была совсем иного склада: здесь помимо красок и кисточек в четком порядке лежали рассортированные по алфавиту вещи. Среди них засушенный пятисантиметровый жук, несколько гильз, брошюра общественного движения «Перезагрузка» и баночка с небесной пылью Кац-Цаатом. Тумбочку вполне можно было принять на выставочный стенд.
— В общем, если что, стучись по косин — я подойду, — нарушил тишину Тюльпан.
— Хорошо, давай вместе.
— А ты в уплату этого долга будешь сопровождать меня на «Выживании», — тут же продолжил Тюльпан.
— Долга? — удивился Яку и даже оторвался от закрашивания рисунка. — Но я же вчера…
— Ни слова больше, мой друг! Я знал, что ты меня не подведёшь и выручишь самого важного андроида в своей жизни. Ничего сложного, просто будешь подсказывать, что мне делать.
— Но я не уверен, что…
Тюльпан сорвался с места, бросая вещи, и в следующий миг уже сидел возле Яку.
— Я обязан победить — победитель получит любую желаемую модернизацию! — принялся умолять Тюльпан. — Доведи меня до финала. Это мой единственный шанс получить паучьи ноги!
— Не единственный, — Яку за мгновение просчитал все пять вариантов решения проблемы. — Самое очевидное — работать и зарабатывать кины.
Тюльпан схватил Яку за ладонь.
— Работать скучно, я ещё не нашёл своё призвание в этом городе, Яку, ты должен понять меня! Давай сюда порт, — с этими словами Тюльпан взял первый попавшийся палец Яку, но тот выдернул руку.
— Перегрелся? — слегка недовольно спросил он.
— Чего это сразу перегрелся? Хочу сопряжение с тобой, чтобы ты сам ощутил, как сильно во мне желание заполучить эти ноги! О, эти ноги! Ноги моей жизни! — Тюльпан так же резко, как упал на кровать, подорвался с неё и медленно закружился по комнате, запрокинув голову назад и воздев руки к потолку.
Яку улыбнулся.
— Мы не в таких отношениях, чтобы сопрягаться, — хмыкнул боевой андроид и продолжил закрашивать эгаку.
Тюльпан не обратил на этот комментарий никакого внимания.
— Все забудьте про наивного юного шалопая Тюльпана и встречайте нового, переродившегося, словно Цак-Цак, Паука — андроида будущего, законодателя моды! — вещал он на распев. — Как думаешь, мне сделать два больших глаза сверху и четыре помельче снизу или просто обойтись четырьмя?
Глава 2. Поражение на Шурхе
Цак-Цак висел в небе, завалив на бок кажущиеся призрачными в свете первых солнечных лучей, кольца. Дымчато-серые и серо-сиреневые, они опоясывали планету, которая заслоняла собой едва ли не половину небосвода. В рассветные часы, подобные этому, Цак-Цак находился на максимально близком к Шиале расстоянии.
Наверняка где-то за городом сейчас лежала большая холодная тень от соседствующей планеты, но сам город заливали горячие лучи, и Яку довольно подставил им лицо. Он любил тепло.
Радрас, молочно-белый столб света, поднимался из центра острова и тянулся к планете-спутнику Цак-Цаку, притягиваемый точно магнитом, что делало его отдалённо похожим на смерч. На высоте полутора километров столб искусственно разбивался для создания купола над городом, но и после этого часть его устремлялась к соседней планете. Пронзаемый солнечными лучами, купол местами едва заметно отливал оттенками розового, сиреневого и жёлтого.
Дроны, закрывающие небо в ночное время, только-только разомкнули искусственный купол, уступая права природному, когда Яку вышел на нижнюю террасу Кластера.
Строители, рабочий день у которых начинался на час раньше, уже приступили к делам. Прямо перед парадным входом четверо из них парили на ножных турбинах и растягивали пятиметровый плакат на стене Научно-исследовательского института разума.
«Город тобой гордится» гласила надпись на плакате. Кроме неё там был изображён андроид-строитель с шлифовальными машинами для камня вместо рук. Его тело было бронзовым – в этот почётный цвет окрашивали всех андроидов третьей модели. Кроме Третьих право получить бронзовый окрас имели разве что герои, вроде Ка-2.02.