— Шелест, оставь её! Ничего же не случилось! — вступился за меня Тай.
— Но могло! Или случилось, но теперь мы сможем узнать об этом, только отлупив кого-то по румяной заднице! — распалялся вампир. И в том, что он применит пытку, я не сомневалась.
— Тай, — попятилась к советнику я, цепляясь за его рукав, в надежде, что при посторонних Шелест не осмелится проявить свои садистские наклонности воспитателя. — Можно, я буду спать у тебя?
— Что? — взревел вампир, багровея от злости. Он так покраснел, что мне показалось — взорвётся. — Не испытывай моё терпение, девчонка! Марш в свою комнату и до утра не показывайся! С мужиками она спать собралась, ты посмотри!
Вампир разорался, ругаясь на всю улицу. Он уже стягивал обещанный моему мягкому месту кожаный ремень. Я прошмыгнула мимо взбешённого мужчины к ступенькам дома, радуясь умелому ходу — переведение стрелок на советника! Стоя уже на пороге, обернулась и подлила масла в огонь.
— А мы с ним уже вместе спали!
Лицо Шелеста вытянулось, глаза округлились, потом наоборот резко и опасно сощурились. Ремень он перехватил покрепче. Слова просто проглотил, потом нарочито медленно повернулся к советнику, чтобы излить весь запас ругани на него. Тай пятился к колодцу. Смеяться ему явно больше не хотелось. Пусть побегает от вампира, может к утру и выкинет из головы любовь к танцам.
Глава 16
Что на уме у волка?
Принц спал практически до обеда, нежась в постели, потому что знал — как только встанет, опять отправится в дорогу. Так ли он хотел жениться? Судя по тому, как плелось наше войско в Ладонис, его высочество не особо жаждал расставаться со свободой.
Войско уже было в сборе. Все толпились в харчевне, наслаждаясь последней возможность отпить холодного пива, кваса и поесть то, к чему руки нашего штатного кухаря не прикасались.
— О! Вон твои мужчины! — толкнула меня в бок Фая.
Советник, командующий и вампир сидели за столиком под окном. Судя по сонным, но вполне довольным, физиономиям товарищи прибывали в таком положении до самого утра со вчерашнего вечера. Кроха рядом со мной что-то злобно пробурчал то ли по поводу «моих», то ли «мужчин». Пришлось пнуть его в гору мышц, именуемую животом.
Вампир оторвался от созерцания странной жидкости в своей тарелке, расхотев питаться неподдающемся объяснению и анализу месивом. За столиком по этому поводу пошутил Ольгерд:
— Может тебе чей-нибудь крови нацедить… для приправы? — шутил он, умудряясь сохранять при этом достаточно серьёзное выражение лица. Вампир и сам уставился на него, пытаясь разобраться. После чего взгляд Шелеста обратился ко мне. И я поняла, что жертву для «сцеживания» уже нашли. Пришлось изобразить из себя призрак и искать убежище за спинами друзей.
— Вот же паразит! До сих пор злится! — в сердцах брякнула я.
— А коли и так, что он с тобой сделает? — хмыкнула Фая.
— О! У Шелеста богатая фантазия! Такое ни одному инквизитору не снилось! Поверь!
Вздохами тут не поможешь, надо как-то миновать голодного упыря…
— Товарищи, а давайте-ка так мимо, мимо и к стойке! — подталкивала я друзей, и они глупо улыбаясь, стенкой заслоняли меня от испепеляющего вампирского взгляда, аккуратно двигаясь к стойке.
— Что ты такого вчера натворила, за что тебя теперь распять хотят? — хихикнула Фая, оглядываясь на троицу позади. В нас усиленно высверливали дырки пристальными взглядами. Мне даже начало чудиться, будто я превращаюсь в здоровенный кусок очень знатного сыра. По отверстиям сразу можно было убедиться, — мой сорт для знати.
— А за что святых распинают? За добрые дела! — отмахнулась я, схватив так вовремя подсунутую харчевником кружку.
— Так где тебя на самом деле носило? — Кроха тоже был в меру любопытен.
— Гуляла я… Гуляла!
— С кем? — уточнил парень и, дабы не ссориться, попытался оправдаться. — Ну стали бы они все на тебя так нападать, коли знали с кем ты шлялась ночью!
Я хотела треснуть его прямо по лбу кружкой. Но вспомнила не такой давний инцидент раннего утра, когда я прыгала на одной ноге, а этот детина посоветовал в следующий раз подобрать для удара оглоблю покрепче. Применять силу к великану мне враз расхотелось. А тут ещё на плечо легла такая тяжёлая рука, что я чуть под стойку не рухнула, по весу опознав её владельца.
— Если думаешь, что спряталась от меня, то глубоко ошибаешься! С этого дня у тебя не будет времени на мелкие пакости! — Шелест смотрел на меня, мысленно цепляя на шею мифическую цепь. Даже глоток холодного кваса не дал отпить. Отобрал кружку, схватил за шиворот и под общие аплодисменты мужичья выволок на улицу. Отпустив, он стал снимать пояс, чтобы завершить вчерашнее начинание.