Стоило ей дойти до поворота к тому миленькому садику, который так приглянулся для тренировок, как услышала болтовню встревоженных служанок.
— Помер он! Говорю тебе, дубина! — талдычила своей подружке пышная девица в небрежно скошенном на левую сторону чепце. — Зинка была при лекаре, тот вздыхал печально. Грит, осталось не долго!
— Так, знать, не помер?! Болен просто! — так же упрямо оспаривала сплетню вторая служанка.
— Та небось оте демоны, хай их грець возьмёть, то они с ним шо-то поробыли! — выстраивала догадки баба в чепчике. — Потому что в прошлом году, он их принцессу того…
— Вы, милые дамы, о короле сейчас разговор ведёте? — влезла между сплетницами амазонка. Те хлопая огромными глазами, уставились на её мужской наряд, впечатляющий меч в ножнах, и синхронно закивали.
— А как бы мне повидать его величество? — поинтересовалась Селена.
— Помилуйте, госпожа, так не пускають до него никогошеньки! — заверяла служанка.
— Ясненько, — буркнула амазонка и пошла прямо по коридору. Удостоверившись, что больше никого в округе нет, настойчиво окликнула единственного, кто мог помочь. — Вей!
— Опять проснулось твоё это чувство «помощи страждущим» или просто король приглянулся? — явившись из искорок в воздухе, бог начал с издевательских намёков.
— А может, мне очень блондины нравятся! — Так же, в тон ему, ответила амазонка, загадочно улыбаясь златокудрому божеству. — Ну, не могу я смотреть, как такие красавцы страдают.
— А почему, когда мучаюсь я, ты только добить норовишь? — остановился он.
— Тебя добьёшь! — хихикнула Селена. — Ты же бог! Ещё и ветер. В мешок не посадишь, мечом не проткнёшь. Всё знаешь, всё видишь… Ты лучше подскажи мне путь короткий к царским покоям.
Добран Златоусый лежал на постели, корчась в муках. Он понимал, что его скорее всего отравили, и не хотел сдаваться. Но уже видел подле себя Пожинательницу. Она готовилась забрать его душу, и унести прочь от полей побед, в какую-нибудь слишком скучную и тихую пристань, где ему придётся терпеть трели райских соловьёв целую вечность.
— У! Плохи дела! — заговорила Пожинательница вполне по-человечески. Добрану раньше казалось, что она вообще ни с кем не разговаривает, а тут вдруг… Да ещё и с такой знакомой интонацией.
В его плавящийся от постепенного безумия мозг закралось подозрение, что всё-таки не Смерть пришла за ним, а кое-кто покрасивее.
— Будь хорошим мальчиком, выпей-ка вот это! — уговаривала женщина, приподнимая его голову и вливая в рот мерзкую гадость, обжигающую глотку. — Ну, не капризничай! Пей! Умничка…
Она разговаривала с ним, как с маленьким. Что совершенно не понравилось правителю. Король пообещал себе, даже с того света достать эту нахалку, и показать ей, что он мужчина, в самом соку! Но сознание подло дезертировало с места сражения тела с оккупантами — ядами, ну и той мерзостью, попавшей в его желудок пару секунд назад.
Он очнулся будто от страшного сна. Вокруг горели свечи. Видимо не сон то всё был, и любящие и заботливые придворные успели отпеть его душеньку. Вот же!.. У Добрана просто слов не хватало. Зато злости было в избытке.
— Что ж теперь делать? — заговорил кто-то тихо.
Воскресший король оглянулся, отыскивая единственную преданную сиделку. На балконе, спиной к нему стояла женщина, облачённая в мужские одежды. Король сразу догадался, кто его заботливая нянька-врачевательница, и схватив её за талию втащил обратно в покои, бросив на кровать.
— Я вижу, вы пришли в себя! Ну, слава богине! А то отпевали вас тут, понимаете ли! — пытаясь высвободиться, так чтобы не нанести большего вреда властной персоне, говорила амазонка.
— Видишь, мои желания всегда исполняются! Я хотел видеть тебя в своих покоях, и ты здесь! — ухмыляясь заявил король, прижимая женщину к подушкам.
Селена поняла, что без членовредительства не обойдётся, и саданула коленкой промеж ног повелителю Южных Врат. Тот откатился в сторону, тихо ругаясь и нежно придерживая «своё сокровище» обеими руками.
— Ну раз уж я здесь, — села амазонка, поправляясь. — Соизвольте объяснить. Это вас отравили, или вы сами, чтобы меня сюда затащить?
— Я что на блаженного похож, чтоб сам себя травить? — злился мужчина.
— Ваши слуги уже определили, чем именно вас сгубить хотели? — внимательно посмотрела на него Селена, и король задумался. Ему никто ничего не говорил, после произошедшего. А из того, что довелось услышать, пока над ним толпились лекари, понял, только одно: вину свалили на послов. Соответственно, — попахивало войной!