Волшебники подавили накативший хохот, и придушенно хрюкнули.
— Да я старше тебя настолько… Да тебя на свете ещё не было, когда я поглощал дома твоих прадедов!
— Ага, а потом пресытился и решил попыхтеть в камине. Отпуск устроил, лет эдак на четыреста! — кивнула понимающая амазонка, но сверкнула ехидцей в глазах.
— Да я… Да я… — возмущался демон.
— В горле пересохло? Может водички дать? — и Селена протянула ему откупоренную фляжку, подумывая «совершенно случайно» опрокинуть немного воды на демона огня.
— Хватит вам уже! — прервал их перепалку Алактус. — Что вы всё время собачитесь?
— А нам так жить веселее! — пожала плечами Селена опять набирая высоту. Демон вспыхнул ещё разок и успокоился.
Вскоре отряд самоубийц сделал привал. Точнее их дорога окончилась у здоровенного чёрного провала в земле. Волшебники столпились вокруг ямы, гадая, какой та глубины. Шутница Селена не нашла ничего умнее, чем швырнуть туда камешек. Все замерли, прислушиваясь. Но звук падения так и не донёсся. Мойрус пожурил женщину за выходку, на что она ответила: «Какая разница? Она ведь всё равно знает, что мы идём!» И была права. Если это и есть портал, через который в мир пришла Тьма, то организованный амазонкой стук в дверь, должен был приманить хозяйку к топтавшимся на пороге гостям. Действительно. Какой смысл таиться, если Зло в курсе готовящегося переворота.
На долгие часы затаилось ожидание. Маги рассредоточились по поляне, вокруг ямы и, судорожно вглядываясь в её чёрное слепое око, замерли изваяниями. Селена сидела на земле, обтирая лезвие меча, и искоса посматривала на подготовку Мойруса. Он раскладывал перед собой амулеты, артефакты, всякие драгоценности и что-то шептал над ними, а потом выкладывал кругом, выставляя предмет перед каждым из друзей. «Скольких гадёныш обокрал!» — покачала головой амазонка, подсчитав количество сокровищ, и краем глаза заметила камешек, некогда отобранный ею у главаря клана воров Ночного Ворона. Изумилась, разозлилась, покосилась на мага. Мойрус грустно как-то на неё взглянул и пожал плечами, мол, ничего не мог с собой поделать — дурная привычка!
Бри обречённо глядела в небо. Оно наливалось пунцовыми красками, предвещая кровавую жатву. Солнце медленно скатывалось за деревья, прощаясь со своими детьми и желая им выдержать страшное испытание. На лицах мужчин играли желваки. Кто-то в приступе страха кусал губы, орошая подбородок собственной кровью. Каждый боролся с демонами внутри себя: страхом, трусостью, ненавистью, неверием… На какой-то миг ножки Лорины развернулись по направлению к тропинке. Она нервно покосилась на путь отступления, и не выдержав подбежала к брату, ухватив его за рукав, с силой дёрнула.
— Пойдём отсюда! Пожалуйста! — кричала девчонка, срываясь на слёзы, и упираясь пятками в грязь, не в силах сдвинуть парня с места. Тот только грустно на неё посмотрел и покачав головой, слабо улыбнулся. Сетон поцеловал сестру в лоб и тихо прошептал:
— Прости. Я должен!
— Уходи отсюда! — внезапно врезался в слух, заставив амазонку дёрнуться, голос ветра.
— Могу повторить то же самое, только что сказанное тем магом своей сестре! — нахмурилась Селена.
— Прошу тебя! — в мелодичном подвывании мягкого ветерка, слышались отчаянные мольбы.
— А кто спасёт тебя, твою семью, мою семью и сотни других семей? Людям нужна защита богов, а богам помощь людей! — с такой же горькой улыбкой, какой одарил девочку маг, проговорила Селена невидимому собеседнику, чувствуя, прикосновение прохладной руки на своём плече. — Вспоминай меня иногда! — попросила она кого-то.
Ветер стих. Амазонке стало тяжело на душе и больно, словно она осталась совершенно одна в пустыне. Но горестные думы, прервал маг. Мойрус поднялся и с решимостью отдал приказ:
— Простите всех, кто вас обидел. Сейчас, иначе не успеете. И убейте демонов в себе, чтобы Тьме не было за что зацепиться. Потому что ещё немного, — он указал на багровеющее небо. — И начнётся!
— Шисей прячься, смерть твоя пришла! — не выдержала Селена.
— Чего? — тут же показался тот.
— Ну, хозяин твой сказал, демонов мол, замочить надо до наступления темноты! Так, что давай миленький!
Алактус в который раз воздел глаза к небу, спрашивая у богов, почему у его спутников такой склочный характер? Демон тем временем, наградил амазонку сложным и заковыристым высказыванием, что та невольно смолкла и глупо моргала, постепенно краснея.
— Вот так подбодрил! — тихо выдала она, и, наконец, по площадке прокатился облегчённый смех магов.
— Ладно! Шутки в сторону, — выдохнул Мойрус. — Готовьтесь!