– Вы играете нечестно.
– Кто сказал вам, что я честен? – спросил он. Я рассмеялась.
– Никто. Этого мне не говорил никто. Моя очередь!
– А вот это – удар ниже пояса, – расхохотался он.
– Вы задали вопрос, месье! Это не моя вина, что вы задали мне «не тот» вопрос. Теперь ответьте, откуда вы так хорошо знаете русский язык?
– Не дает вам этот факт покоя, да?
– Еще бы! – я взмахнула рукой и чуть не сшибла стойку для плащей, расположенную сбоку от столика. Кажется, мне уже пора было завязывать с терпким французским вином. – Если бы не это, вы бы не поняли того, что я несла в первый день.
– Интереснее то, почему вы это все несли. Впрочем… я не ответил на ваш вопрос. Итак, русский. Моя мама – француженка, но отец – русский.
– Серьезно?
– Почему, вы считаете такое невозможным?
– Нет-нет, просто… такой вариант мне не приходил в голову.
– Мы жили тут, в Париже, пока отец работал в посольстве. Потом его отослали обратно в Москву. Мама поехала за ним, но, честно говоря, это было обречено. Если бы вы знали мою мать, то сразу поняли бы – она не может существовать нигде, кроме Парижа. С десяти лет я мотался между Москвой и Парижем. Пару лет даже прожил с отцом и его новой женой в Японии, у него там было новое назначение. Потом уехал сюда учиться.
– Интересное детство, – кивнула я. – Впрочем, мое тоже не было скучным. Моя мама – очень, я повторюсь, ОЧЕНЬ известная киноактриса. Даже факт моего рождения был поводом для интервью и фотосессий, хотя обычно я журналистов не интересую, слава богу.
– А как ваш отец относился к профессии вашей мамы? – спросил Андре, и вдруг рассмеялся. – А вы умеете играть в эту игру, моя досточтимая птица. Вы специально рассказываете мне все это, чтобы я задавал вам не те вопросы, которые меня на самом деле интересуют, да?
– Боюсь, что не захочу отвечать на те вопросы, которые вас интересуют на самом деле, – сказала я, акцентируя последние слова. Андре глубоко вздохнул, на его губах плясала шальная улыбка.
– Тогда вам придется выполнять любое мое желание. А мои желания могут оказаться куда темнее и грубее, чем вы можете ожидать.
– Грубее? – удивилась я. Это слово не шло ему, не соответствовало его выверенной манере держать себя, тому, как красиво он ел, жонглируя приборами с легкостью человека, ежедневно ужинающего у королей. Он может быть грубым? Почему это меня не пугает, а… заводит? Вы так много не знаете обо мне. Ладно, давайте потратим еще один вопрос впустую. Что же думал ваш отец о вашей матери и ее карьере?
– Этот вопрос достоин того, чтобы дать на него ответ. – Подцепив на вилку последний кусочек мяса, я с наслаждением отправила его в рот. – Мой отец – третий и последний официальный муж моей мамы, вот уже двадцать два года никак не относится к маминой профессии, ибо проживает в нескольких тысячах километров от нас, на Крайнем Севере. Он инженер на заводе. И можете не тратить вопрос, я понятия не имею, что их с мамой свело вместе. Загадка.
– Любовь? – предположил Андре.
– Вы верите в любовь? – усмехнулась я.
– Это ваш вопрос? – И Андре, подняв бокал, демонстративно сделал большой глоток вина. – Это я оставлю без ответа.
– Так, да? – возмутилась я. Впрочем, не сильно.
– Значит, вы росли без отца? – спросил он, а официантка поставила передо мной десерт – воздушный сливочный мусс со свежими ягодами, присыпанными ванильной сахарной пудрой. М-м-м, грехопадение в чистом виде.
– Почему без отца? Ни в коем случае. Во-первых, папа постоянно мне звонил, присылал подарки.
– Это все-таки не одно и то же. Я знаю, о чем говорю, я тоже играл в эти игры. Скайп, конечно, помогает и все же…
– Четвертый мамин муж – уже гражданский – я называла его дядей Витей. Он, наверное, более всех походил на отца, – задумчиво пробормотала я, запуская маленькую ложечку в белоснежную сказочную массу. – Он был неплох, на самом деле. Понимал, что я не такая, как мама. Даже защищал, когда она пыталась сделать из меня маленькую актрису для какого-то фильма. Он возил меня на санках. Я это очень хорошо помню.
– Когда вы вспоминаете о нем, у вас светлеет взгляд. И эта улыбка… очень хороша, – сказал Андре так, словно сказать такое – самая нормальная вещь. Но у меня вдруг сбилось дыхание, я вспомнила, где я, и то, в какую ненормальную игру мы играем. И вообще, я уже пьяна и все, чего хочу, это прикоснуться к его руке, запустить пальцы ему под рубашку.
– Всего у мамы было шесть мужей, включая нынешнего – Кузьму. Именно из-за него она тут.
– А почему вы тут?