Вздохнула с облегчением, когда подъем уровня воды остановился, поглотив под своими водами нашу ванну, так что хорошо, что обошлись только её потерей: ничего, не баре, помоемся из кувшина.
Понаблюдав несколько дней за стихией, совсем успокоилась, понимая, что угроза миновала.
Окончание сезона дождей ознаменовался сильными ветрами, завывание которых разносились по пещере несколько дней.
Затем всё стихло, словно кто-то выключил шум и погрузил пространство в тишину.
Выглянув как-то утром за дверь пещеры посмотреть, что происходит снаружи, была очень расстроена: шел снег.
Детям, конечно, было в радость увидеть что-то новое в своей жизни: они быстро оделись и вышли наружу, подставив ладони под хлопья, и с удивлением наблюдали, как они превращаются в воду.
—Это снег,— объяснила им, тяжело вздыхая и понимая, что он принес новые проблемы.
—Это вода, только в холодном пространстве она замерзает и превращается в такое явление, как снежинки. Каждая снежинка уникальна и неповторима.
Вскоре дети лепили снеговика, затем играли в снежки, весело смеясь, а я, наблюдая за ними, думала, что, несмотря на все заботы, свалившиеся на их плечи, они остаются детьми, которым необходимо вот так порезвиться.
К сердцу подкралась тревога от всплывшей картинки из моего транса. Она исполнилась, а у меня теплилась надежда, что этот момент не так скоро воплотится в жизнь.
Теперь придется ждать гостей и собирать вещи. Только когда произойдет остальные события? Надеюсь, Небеса подскажут.
Зима у нас продержалась две недели, а затем солнце, словно очнувшись от сна, заняла свое место на небосводе, щедро одаривая теплом и светом окружающий мир.
До этого птичий клекот и недовольные рыки были еле слышны, но с приходом тепла их трели и голоса раздавались в радостном тоне.
Дни летели незаметно, и новый день ливня ознаменовал наше годичное переселение.
За это время наши питомцы повзрослели и стали показывать характер: все же дикий зверь не утратил свои привычки.
Они меньше находились в пещере, а больше лежали на ветки, посматривая на нас.
Только ночью показывались на входе, окидывали всех взглядом, словно проверяли: все ли на местах, и вальяжно уходили на своё место.
В углу была расстелена шкура их матери, где они отдыхали. Слившись с черным ворсом, их можно было сразу и не заметить, и только их желтые глаза сверкали всполохами от пламени.
Первое время, когда были маленькими, то на охоту бежали за нами вприпрыжку и мешались под ногами, видимо принимая наш бег за игру.
Мы боялись наступить на озорников, и приходилось останавливаться и читать нотацию, но только видели их непонимающие мордочки или ленивый зевок, говорящий, что пора бежать, а мы тут прохлаждаемся.
С мальчиками мы уходили очень далеко, чтобы добыть крупное животное: навыки владения луком давали такую возможность.
Три стрелы в одно животное было стопроцентным результатом. Звери первое время смотрели, а потом стали помогать в охоте, подгоняя нам добычу, и если что, то и помогали справиться с разъяренным кабаном, который мог выскочить на помощь другу.
Посматривая на стену, думала, что не мешает изобрести бумагу и сделать календарь, а то скоро все стены будут изрисованы, словно наскальная живопись.
Год прошел, и по моим подсчетам на каждый месяц приходится по тридцать два дня.
Правда, день начала ливня имел различия в пределах двух—трех дней: мог начаться раньше или позже, но количество дней в году было неизменно.
Дети повзрослели и вскоре мальчики достигли возраста, когда должны пройти инициацию: как бы переступить из возраста в возраст.
Но кто знает, как происходило посвящение: ведь в такие моменты мужчины уходили из сула и женщин не допускали до ритуала. Да и сами мужчины никогда не рассказывали, что происходило на самом деле.
И мои доводы, что они и так мужчины без ритуала, на них не производило никакого впечатления.
Видела их расстроенные лица и поняла, что для них этот момент очень важен и, немного подумав, предложила им пройти церемонию в посвящение, сославшись на подсказку Небес.
Им придется одним пойти на охоту и добыть зверя: какого — не важно, вдвоем будут охотиться или по одному — им решать.
Условием было, что у них будет только копье и нож. После возвращения с добычей, то вторым действием будет смена прически, которую они будут носить как мужчины.
С прической в принципе я угадала: все мужчины завязывали волосы на темечке в замысловатую завитушку. А у остальных представителей мужского пола были хвостики или такая же гулька, но только на затылке.