Худой старик, появившийся из ниоткуда, стоял и взирал на нее холодно и спокойно. Почти бесцветные глаза не моргали. Его руки были смиренно скрещены на груди, но она знала, спокойствие стража обманчиво. Чувство тревоги нарастало.
Стражи очень опасны именно своим напускным равнодушием. Старик стоял не двигаясь, но под его балахоном всегда скрывалось разное оружие. Впрочем, и без оружия стражи могли больше, чем она. Пауза затянулась, и старик грозно спросил:
– Имя?
– Риш! – горделиво выкрикнула она.
– Нет сюда хода! Рано! – Каждая гласная не звучала, а громыхала так, что окружающий мир замер в ожидании чего-то страшного.
– Я пройду! – уверенно заявила Риш, готовая стоять на своем до последнего.
– Нет! – ответил страж, и Риш вздрогнула, потому что на этот раз его голос вдруг прозвучал мягко и знакомо: – Мама ждет тебя ужинать!
– Папа! – воскликнула амазонка-воительница голосом тринадцатилетней девочки.
Ариша сняла очки-визоры и недовольно обернулась. В дверях стоял отец, сложив руки на груди.
– Ну па-ап! – канючила она.
– Аришка, ты же знаешь, мама не любит, когда ужин стынет.
Ариша вздохнула так, будто, как минимум, рухнул мир.
– А почему хода нет? – спросила Ариша, пока папа разворачивал ее кресло, старательно маневрируя так, чтобы вытянутая вперед нога дочери не ударилась о дверной косяк.
– Потому что не готово, программа не дописана, – признался папа. – И, если честно, все потому, что я еще не придумал, какой необычный заход сделать. Вот что бы ты хотела увидеть там, за вратами?
Ариша посмотрела на папу через плечо, на его лице явно читалась растерянность, смешанная с недовольством самим собой. Дочь опять вздохнула: такое выражение означало одно – папа в тупике. А он не любил в них попадать.
– Не знаю, – призналась Ариша, расстроившись, что в ближайшее время ей не удастся доиграть. – Но я ведь и не должна знать заранее, а то неинтересно будет. Ты сам так всегда говоришь.
– Говорю, – повторил за ней папа.
– Но ты что-нибудь придумаешь, папуль, обязательно. – Ариша постаралась вложить всю свою уверенность в эти слова, но не сработало.
– Буду стараться, – как-то вымученно согласился папа.
Ариша поняла: нужно сменить тему на ту, которую отец любил и мог обсуждать часами – детали, подчеркивающие особенности его персонажей.
– Пап, а откуда берутся такие жуткие голоса у героев?
– Секрет фирмы, – шепнул отец и подкатил инвалидное кресло к обеденному столу.
– Ну пап?!
– Не сработает! Даже не пытайся и на этот раз отвлечь меня разговорами! Не хочу снова получить нагоняй от твоей мамы.
И он с любовью посмотрел на красивую, но в данный момент хмурую женщину в ярко-красном переднике, которая уже сидела за столом в ожидании мужа и дочери:
– Все не наиграетесь? – устало вздохнула она, но тут же улыбнулась Арише.
– Мама, ну ты же знаешь, без меня папе никак. Я – первый его критик.
– Знаю-знаю, и самый строгий! Как нога сегодня? – спросила мама.
Ариша уловила нотки волнения. С чего бы? Просто перелом ноги.
Девочка поморщилась. Ее всегда и все считали слабым, болезненным ребенком, но она себя таковой не считала никогда, поэтому не задумываясь, без страха лезла на рожон, в гущу событий, да и просто туда, где нужно было испытать себя на прочность. Выходило не всегда удачно. И прочность порой подводила. Вот как сейчас.
Ариша хмуро посмотрела на громоздкую конструкцию, которая стала частью ее тела и уже порядком утомила. Ей надоело и сидеть в этом дурацком неповоротливом кресле, и чувствовать эти железки в ноге, а то, что она не может бегать и прыгать, как раньше, и вовсе страшно бесило… Это еще мягко сказано! Она даже просто пройтись по своей комнате не может. Ариша возмущенно фыркнула, словно в подтверждение своих мыслей. И тут же спохватилась: маму не надо расстраивать. Она и так постоянно из-за всего расстраивается.
– Заживает, – уверенно выдала Ариша, улыбнувшись и искренне надеясь, что так и будет в ближайшем будущем.
Вот уже месяц, как она буквально неразлучна с инвалидным креслом, и сидеть в нем ей предстояло еще столько же. А все из-за неудачного падения с самоката. Это Женька Беспалов подбил ее попробовать сделать то сальто с вывертом, взял «на слабо». И она повелась! Теперь вот «наслаждается» переломом ноги от бедра до ступни в нескольких местах, носит аппарат Илизарова и просиживает в инвалидном кресле.
Одна радость – папа-программист работал над новой компьютерной игрой, и Ариша с удовольствием ее тестировала.
Но дело застопорилось. Мифические герои добирались до заветных врат, а дальше – стоп. И что там их ждет, отец никак не мог определиться, почему-то никак не клеилось. «Пазл не складывается!» – то и дело ворчал он, сидя за компьютером.