Мысли вслух
Мне просторы её не наскучат,
От красот не замылится глаз,
Но сограждане сучат и сучат,
А в Москве поселился Кавказ.
Песнопения слышатся в храмах,
Говорят, возрожденье грядёт,
Только много ли совести в хамах,
Что без устали грабят народ?
Бога нынче и в храмах забыли, —
Лишь коммерция движет прогресс.
Меньше в войнах людей перебили,
Чем корыстный сразил интерес.
Сталось нынче неладное что-то
С нашей некогда славной страной,
Наш чиновник страшнее Пол Пота
И силён он не только казной,
Но хранит круговая порука
Воровское его естество.
Может запросто каждая сука
Жить в России одним воровством.
Труд у нас много лет не в почёте,
Говорильня браваде сродни.
Наши думские дяди и тёти
Вновь считают свои трудодни.
Наплевать им на честь и на совесть, —
Саранчой обескровили Русь.
Это старая-старая повесть,
Я бояр обсуждать не берусь,
Только мне бы ружьё или яду…
Как просторы у нас хороши!
Здесь и вправду иного не надо,
Лишь покоя для грешной души!
«Вы знаете, как гулок дом пустой…»
Вы знаете, как гулок дом пустой,
Где эхо шорох превращает в топот?
Там призрак тлена пущен на постой,
И стены драпируют пыль и копоть.
Там умирает дух иных времён,
Он погребает под пластами грязи
Дыханье тех, кто жил и был влюблён,
Кто здесь сухой цветок оставил в вазе,
Кто здесь игрушку детскую забыл,
Пластинку, чашку с выщербленным краем…
Сюда ОН сумку с хлебом приносил,
Гнездо своё ОНА считала раем
И мыла, и готовила, могла
Крутиться в этой заводи часами…
Но ВЕЧНОСТЬ всех теченьем унесла,
И меряет усталыми шагами
Углы покоев,
где угасший свет
В пыли лучом не выхватит мерцанья
Любимых глаз,
где жизни больше нет,
И не спасут уже ничьи старанья.
«Хочу, чтоб целовали руки…»
Хочу, чтоб целовали руки,
А не совали в рёбра нож!
Меня бы к Богу на поруки,
Да где же святости найдёшь?
От восклицаний до вопросов,
От смеха — к плачу и слезам…
Вот с этой жизни много ль спросу?
За дверью пропасть ли, Сезам?
Мы все тут мухи на булавках,
Куда ни дёрнись, всюду мрак.
И вышел прошлый век в отставку,
Ан, вновь — то пуля, то тесак.
Одних желаний, видно, мало,
Хоть, говорят, желать легко.
Я, было, планы набросала —
Опять попала в «молоко».
Какое к чёрту обожанье,
Я ненавижу скотский рёв.
Летит всеобщее камланье
Из самых брошенных краёв.
Как быть, когда твой дом — могила?
Усталость чувствует металл,
Ну, а во мне какая сила?
Кто век мой в стружку истесал?
Хочу воскликнуть: «Слава, слава,
Не нам, так внукам будет свет!»
Но в пропасть катится Держава,
Так много вынесшая бед.
Хочу, чтоб счастья всем хватало,
Но и напёрстка нет на всех,
И я когда-то отказала
«Успеху». Вот он, мой успех —
Понёва, плат, глагол, забвенье,
Бокал кровавого вина,
Да к Богу слёзное моленье,
Да в сердце — вечная стена!
Лунное
Надев на шею бабкино монисто,
Я примеряю лунный ореол.
Лабрадорита камешки игристы,
В них лунный свет сияние навёл.
Окутав тайной облик мой лукавый,
К моей груди прильнули тридцать лун
И перестали быть пустой забавой,
Как будто полнолуния канун