«Аксиома осени. Как часты…»
Аксиома осени. Как часты
И бездоказательны дожди!
В окна им без устали стучаться
Нравится, отчаянно гвоздить
Этот мир калиново-огнистый
И охряно-клёновый, срывать
Золотые блёсткие мониста
И берёзы в роще раздевать.
Нравится ночами тихо плакать
И шагами мерить плоскость крыш…
Под ногами — стынущая слякоть,
Что же, дождь, ты сутками не спишь?
Аксиома осени… Ужели
Этих листьев невозвратна смерть?
Сосны зеленеют, блещут ели,
Изумрудна жизни круговерть,
Невозможны вечные печали, —
Будет вешней радости глоток.
Дождь и я — мы до смерти устали,
Но куда нам сырости поток
Подевать? Приходится кудесить,
Притворяться темой бытия…
Форте — горизонт дождём завесить,
Пьяно — быть дождю пьяней, чем я.
Аспид
Как укус под сердце — лунный луч,
Ядовито-жёлтый и тревожный.
Змей пернатый выполз из-за туч
И повис над ниточкой дорожной.
Крылья у него из серебра,
Сполохи ночные — из-под рёбер…
Как черна в ночи его нора!
Заглянувший внутрь от страха б обмер.
Не смотри прохожий, пусть летит,
Не встречайся с аспидом глазами.
Свет его пронзительный горчит
И стеклянно над дорогой замер.
Войнинги течение
Река бликует, как бликует сталь,
Клинком взрезая берег и осоку,
И облачный полощется миткаль
В её земном величии глубоком.
Она в раздумьях движется вперёд,
Не всколыхнутся, не заплещут воды,
И вместе с ней струится небосвод,
Подсинивая омуты и броды.
Паучьих ив скривлённые тела
Купают ветви гибкие в протоке,
Где лилия цветёт, белым-бела,
Под солнцем раскрываясь волооким.
Эскиз с туманом
Вползая в сени скользкою змеёй
И оставляя на пороге влагу,
Туман клубы свивает над землёй,
Осеннюю предвосхищая сагу,
Когда утопит в пенном молоке
Все контуры знакомых очертаний
И похоронит в стынущей реке
Дрожащие пунктиры расстояний.
Когда приблизят звёзды колкий свет
К колодцу жизни, где трепещут звуки,
Не различат они иных примет, —
Лишь лунный ветер, да печаль разлуки.
Весенний час
Деревья утонули в синей толще
Студёного зеркального пруда.
Молчунья горностаевая роща
Едва с себя стряхнула холода,
А уж серёжки долгие надела
И, веток тонких распрямляя вязь,
В зелёном ореоле полетела
И над водой застывшей поднялась.
И так, двоясь в стихиях, вешним соком
Напоена, в дурмане вещих снов,
В своём земном величие высоком
Она парит, и соловьиный зов
С неё остатки зимнего стоянья
Снимает, словно схиму. Пробил час!
Весна пришла, как первое свиданье,
Что трепет и надежды будит в нас.
Мартовская вьюга
День горчит, как корень имбиря,
Снег взметает ветер непогоды,
Словно март — наместник ноября,
А не юный баловень природы.
Не черкнёт по небу яркий луч,
Не утонет в лужах взор небесный, —
Синевы не видно из-за туч,
Не слыхать синичьей звонкой песни.
Вьюжит мысли. Оторопь берёт,
Как морозец щиплется настырно.
Вновь снежинок мчится хоровод,
Вновь белёсо, слепо и рутинно
День колышет варево зимы.
Над речной проталиной клубятся
Сизые туманные дымы,
Да пластины льдистые родятся.