— Офицеры? З-здравствуйте. Я не ждала гостей, — заикаясь, сказала она. Её одежда ничуть не изменилась за всё это время — всё тот же синий сарафан в белый горошек. Она нервно чесала локтевые сгибы, чуть ли не раздирала их, уголок её тонкого рта нездорово подёргивался, глаза с силой жмурились.
— Мы пройдём? — глухо спросил я, что и вопросом-то не было, больше — вежливой формальностью.
— Д-да, конечно. Только у меня не убрано.
Я, не дожидаясь её решения, уже ступил за порог и толкнул плечом дверь.
— Добрый день, Дороти, — любезно произнёс Джонни и игриво вздернул брови пару раз.
— Здравствуйте, офицер…
— Барбаро. Можно просто Джон. Мне показалось, в прошлый раз мы с Вами не всё обсудили, поэтому…
— Дороти, мне жаль, но Ваш муж мёртв, — сразу же сказал я, как только прошёл ей за спину. Девушка на глазах обомлела, рот открылся, глаза широко раскрылись, а зрачки сузились, она смотрела то на меня, то на Джонни. Сам Джонни был не менее шокирован этой новостью, точнее её резкостью, это тут же сводило на нет все его планы. Он несколько раз коротко отрицательно повертел головой и недовольно смотрел на меня.
— То есть… как… мёртв… — Дороти сложила тонкие руки в замок и приставила ко рту, сдерживаясь, чтобы не разрыдаться тотчас. Она хотела, была готова излить всё, что было, но, казалось, что слёз у неё просто не было. Просто два сухих красных глаза.
— Убит. Убийцу ищем. Надеюсь, что Вы поможете, — всё также безэмоционально проговорил я.
— Я… Я… — её голос будто исчез, выключился, словно выключили радио. Она стояла, пытаясь выдавить из себя хоть что-то. Из рта, вместо слов, выходило лишь глухое «Я».
— Мне нужно задать Вам пару вопросов.
Я вальяжно прошёл вперёд и начал разгуливать по квартире. Пока Дороти пребывала в шоке, я быстро осмотрелся вокруг. Ничего не изменилось за эти три дня, все вещи на тех же местах, только стало больше пыли.
— Ваш муж, — продолжил я, — Майк, верно? Работал на свиноферме «Карсатовская»?
— Я… Я… Да, так и есть, — после тяжёлого заикания наконец выдавила она.
— Вот как? И только там? Никаких подработок, работы на стороне, случайных заказов? Ничего такого?
— Насколько я знаю… нет, офицер.
Она аккуратно подбирала каждое, даже самое простое слово.
— Сколько у Вас лет в книжке ещё осталось?
— Что, простите?
— Ты тупая или оглохла? Сколько лет в твоей книжке пребывания? — грубее сказал я, повысив голос. Дороти, не отошедшая от шока, вздрогнула, затряслась и сжалась ещё сильнее, боязно смотря на моё грозное лицо.
— С-семь.
— Ого. Неплохо. Очень неплохо. Семь лет? Джонни, ты слышал? Красавец, Майк. Ты же не работаешь, так? Судя по тому, что не выходила из дома всё это время. Небось Майк пахал за вас двоих всю твою жизнь. Совсем неплохо, — взгляд снова приковала деревянная шкатулка на диване. Я бесцеремонно поднял её и открыл. Как я и думал, это был набор наркомана. Шприц, несколько игл, закопчённая старая ржавая зажигалка и запаянные ампулы с красноватой мутной жидкостью. «Экзорцист». Я взял ампулу, поднёс к лицу и повертел в руках, рассматривая содержимое.
— Положи это на место! — взорвалась она и чуть было не кинулась на меня с кулаками, но Джонни вовремя остановил её, схватив сзади за пояс. Я медленно повернулся и подошёл поближе.
— Заткнись, сука. Отвечай на мои вопросы и это твоё «успокоительное» дерьмо окажется на месте.
Я издевательски повертел ампулой у неё перед лицом. Она снова начала брыкаться, размахивать руками, рычать, пытаться вырваться.
— Что вам от меня нужно?! Я ничего не знаю!
— Квартира в Асфоделе — настоящая роскошь для охранника фермы. Он набил тебе целых семь лет. Сколько сейчас стоит один месяц? Джонни, ты знаешь? Тысячу, да? Почти сотня тысяч оболов потрачена на наркоманку, а у самого был месяц в книжке прозапас. Ахренеть. Он брал у тебя по месяцу каждый раз, как подходил срок, да? Почему? Потому знал, что каждый месяц может оказаться последним. Но что такого рискованного в работе охранника ебаной свинофермы? А? Дороти, что здесь рискованного?
— Я не знаю! Я не знаю! Прошу! Отдай это! — её ручонки снова потянулись в мою сторону. Джонни потел, но хрупкую девушку удержать был в состоянии.
— Дороти, нужно подумать! Очень хорошо подумать, девочка. Подумать, если хочешь пустить это дерьмо по вене! Если ты не хочешь, чтобы я воткнул эту долбанную ампулу тебе в задницу! Подумать, Дороти, нам нужно, блять, немножко подумать!