Я аккуратно нажал на ручку и тихо открыл дверь. Сразу оказался в комнате для переодевания, судя по висевшей одежде. Внутри слышны стоны, но не удовольствия, скорее изнеможения, боли. Я осторожно подошёл к двери, ведущую в номер, и заглянул в щель. Девушка, полностью обездвиженная, в чёрном блестящем латексе, беспомощно висела на цепях, не в состоянии что-либо сделать, как-либо ему помешать, пока её насиловали. Это был он. В полтора раза выше меня, с сухим, но крепким телом. На коже в нескольких местах виднелись красные, только что зажившие рубцы, но уже где-то зрели новые свежие раны. Длинные светлые волосы, местами облезлые и мокрые от пота, голубые глаза с красноватыми белками от лопнувших капилляров, и большие белые пернатые крылья, сложенные за спиной. На его гладковыбритом фигуристом лице застыла мерзкая извращенная улыбка. Нет, он наслаждался не сексом, ему нравились её страдания, её боль, её изнеможение и беспомощность. Он любил власть над ней и смаковал её, растягивал её мучения, выкручивал на максимум. Он со всей силы ударил её в бок кулаком, от чего девушка тут же взвыла. Кричать ей мешал кляп, слюна капала на пол. Он схватил её за длинные светлые мокрые волосы, намотал на руку и потянул на себя. Девушка невольно выгнулась, начала извиваться, но бесполезно, он только наращивал темп. Две других проститутки сидели на диване. Одна, судя по виду, уже была «использована», а вторая с ужасом наблюдала за тем, что с ней будет через некоторое время, когда висевшая на цепях девушка полностью выдохнется, отключится или просто умрёт.
Я достал из-за пояса пистолет и ещё раз взглянул на него, снял предохранитель и аккуратно потянул на себя затвор. Водку и маску я оставил у входа, глубоко вздохнул и медленно вошёл. Я спокойно открыл дверь и сделал несколько шагов вперёд. Он не сразу меня заметил, а девушки, сидевшие неподалёку, вздрогнули при виде меня и негромко охнули. Увидев пистолет в моих руках, они застыли, боясь пошевелиться. И только обратив внимание на шум с их стороны, он оглянулся ко мне. Его самодовольная ухмылка превратилась в злобный оскал. Он бросил волосы девушки, остановился и вытащил из неё член. Девушка судорожно затряслась и голова её безжизненно повисла, она потеряла сознание.
— Я не заказывал педика, — грубым, громким, но чистым голосом сказал он.
— А я не педик, — ответил я и медленно поднял пистолет, наставив точно на его лицо.
Нас отделяли примерно пять метров. Девушки с ужасом вскрикнули и, сначала забились, вмялись в спинку дивана, сжались друг с другом, а потом, пригнувшись и прикрывая голову руками, рванули к выходу за моей спиной.
— Шуток я не понимаю, — ответил он, нагло отвернулся от меня и медленно подошёл к тумбе за своей спиной.
Я не сразу разглядел, что он достаёт оттуда. Это был меч. Огромный двуручный меч, длиной выше высоты моего роста. Волнистое пламевидное лезвие блеснуло. Он сжал рукоять в одной руке и поднял его, схватив второй рукой. Начиная от широкой гарды вдоль лезвия до самого острия промчались языки пламени. Меч вспыхнул ярким жёлто-фиолетовым огнём. Я почувствовал его жар. Ангел провёл взглядом от своих рук до кончика пылающего меча и повернулся на меня. Я начал пятиться назад. Страх прошиб меня до самых пяток, рука задрожала, я уже не был так уверен в этом выстреле. А он напротив, сделал в мою сторону широкий тяжёлый шаг.
— Стреляй!
Громко раздалось в моей голове. Я нажал на спусковой крючок, раздался оглушающий выстрел. В ухе пронзительно запищало. Я промазал, пуля пролетела совсем мимо, со стороны его плеча. Это только позабавило и разозлило его ещё больше. Он ускорил шаг и был уже совсем близко. Ещё выстрел. Попал в грудь, но его это совсем не остановило. Он размахнулся и со свистом атаковал меня рубящим ударом.
— В сторону!
В последнее мгновение я смог отскочить. Горящее лезвие пронеслось мимо меня и врезалось в пол. Звон, лязг и скрежет металла. Удар был такой силы, что острое волнистое лезвие вошло в бетонный пол, словно в масло.
— Ах ты сучёнок! — заорал он и со яростным рыком вытащил тяжёлый меч.
Его немного повело в сторону от тяжести, этого времени мне хватило, что сделать ещё два выстрела во время его второго широкого размаха. Одна пуля вошла в его плечо, вторая просвистела над его ухом. Он скорчился от боли, оскалил зубы, зажмурил один глаз. Ещё один мощный размах. Горящее лезвие по косой летело точно мне в голову.
— Пригнись!
Я упал на плечо. Меч пролетел над моим затылком всего в паре сантиметрах, чудом ничего не задев. Но не успел я поднять руку, чтобы сделать ещё один выстрел, как он ударил меня ногой по рукам. Сильный удар отбросил моё предплечье в сторону, пистолет полетел в противоположную сторону, а ангел уже делал новый замах. Я, что было сил, на четвереньках пополз как можно дальше. Ещё один рубящий удар чуть не задел мою ногу, лезвие вновь утонуло в бетоне.