— Её здесь нет, дим, она уехала. Сразу же, как появились первые новости.
— Какие новости?
— Как какие? Ты издеваешься? Ты же был там. Это же из-за тебя всё, разве нет?
— Прости, Гретта, я был в отключке всё это время и проснулся буквально час назад. Я понятия не имею, о чём ты говоришь.
— Хочешь сказать, ты ничего не слышал? Новости… о стрельбе, о куче жертв. На следующее же утро, как ты ушёл, весь город трубил только об одном — о бойне в «Гоморре». Все говорят, что ФУРИЯ накрыла какой-то картель, но… но я то знала, что это был ты. И Катрин тоже об этом знала. Она собралась и уехала. Сразу же, как поняла, что ты не вернёшься. Она уверена, что ты мёртв. Признаться честно, я тоже не сомневалась в этом до этой минуты.
— Где она? Как мне её найти? Куда она уехала? — я пошёл на неё, почти что упершись в грудь, Гретта стала ещё серьезнее и сложила мускулистые руки, показывая всем видом, что не стоит так делать.
— Я не знаю, дим. Никто не знает. Она мне ничего не сказала. Только просила её не искать. Если она решила исчезнуть и покончить со всем этим, то правильно сделала, что не сообщила ничего.
— Это очень важно! Пожалуйста!
— Я не смогу тебе помочь.
— Ты что-то знаешь. Она должна была сказать хотя бы куда едет. Говори! — я сильно повысил на неё голос, пытаясь напугать, но её это только разозлило.
— Не забывайся, дим, — злобно оскалилась она и подалась вперёд, — Следи за языком. Я и не с такими как ты разбиралась.
— Ладно, не злись только. Просто… Гретта, мне очень нужно её найти. Очень. Прошу, хоть что-нибудь. Хоть какую-нибудь маленькую подсказку.
— Мне казалось, ты должен знать больше меня.
— Я понятия не имею. Сам же сказал ей исчезнуть, сам не надеялся, что вернусь. Но теперь она мне снова нужна.
— Зачем она тебе?
— Мы… Нас очень многое связывает, понимаешь? Я хочу о ней позаботиться, клянусь. Она ждёт, когда я вернусь. Ждала, а я не пришёл. Поэтому она и уехала. Я хочу её вернуть. Если ты хоть что-нибудь знаешь, прошу, Гретта.
Гретта едва заметно напрягла губы и отвела взгляд в сторону, в последний раз решая, помогать мне или нет.
— Ладно, дим. Возможно, я знаю кое-что, но пообещай, что вернёшь мою девочку в целостности и сохранности. И пообещай, что ей не будет угрожать опасность из-за тебя.
— Обещаю, — торопливо сказал я. Гретта не поверила мне, но уже не могла дать заднюю.
— Кэт могла пойти только к одному демону, если бы захотела исчезнуть. Надеюсь, ты понимаешь, о ком я говорю, потому что здесь имя его произносить я не буду.
— Ты знаешь, где его найти?
— Нет. Это ты ищешь сам. Он не любит, когда к нему являются чужаки без приглашения, но ещё больше он не любит, когда кто-то приводит чужаков без приглашения. Если ты хочешь снова рискнуть жизнью, то в этот раз без меня.
— Ладно… Ладно. Я что-нибудь придумаю. Спасибо за помощь…
— Подожди, — окликнула она меня, когда я уже начал спускаться по лестнице, — У тебя получилось? Он мёртв? Ты сделал это?
— Нет. Но сделаю. Обязательно.
— Значит, это всё было зря.
Гретта разочарованно выдохнула, покачала головой и молча ушла обратно в блок, громко захлопнув дверь.
⛧⛧⛧
Единственное, что осталось в моей квартире ценного, это бутылка амброзии. Зайдя внутрь, я машинально обернулся в сторону кабинета, где в пустом открытом сейфе лежала она. Главное — не рассматривать её, иначе я рискую надолго погрузиться в пучину своих мыслей, застрять дома, пуская себе по вене очередную дозу этой дряни. Лучше мне её не видеть из-за жадности и внезапного приступа наркотической ломки. Зажмурившись, я схватил её и тут же сунул в глубокий внутренний карман плаща. Эта бутылка есть единственная карта, оставшаяся у меня на руках, мой козырь, и пришло время его разыграть. Я уже пошёл ва-банк, отступать было некуда. Это всё, что у меня есть, всё, за что я могу купить информацию о Кэт. Надеюсь, я не пожалею, что сунулся с этой бутылкой в логово к мафиози.
Я несколько раз нервно нажал на звонок. Каждый четверг у Джонни выходной, сегодня он должен быть дома, а с его ногой он вряд ли куда-то далеко убежит. Главное, чтобы дверь открыла не Джаннет, мне будет сложно убедить её отпустить Джонни по работе в его выходной. Но нет, за синей дверью я слышал, как по паркету стучит набойник его костыля. Открыв дверь, Джонни не сразу понял, кто перед ним. Он был без очков, щурясь, только по расплывчатым очертаниям, он догадывался, что это я.
— Твою мать, Билл, старичок, это ты?
— Нам нужно поговорить.