— Доброе утро.
Негромко сказала она и, шаркая босыми ногами, медленно двигалась по кухне. Она и в правду выглядела сонной: прикрытые невыспавшиеся глаза, помятое припухшее лицо и растрёпанные тёмные волосы. Она будто тащила на себе уставшее тело, потёрла кулаком прикрытые заспанные глаза и неслышно зевнула. Я ещё не видел её такой. Судя по всему, моё состояние напрямую влияет на неё.
— Завтрак? — предложил я и сделал ещё глоток обжигающего язык кофе.
— А что ты можешь мне предложить? Кофе и сигарету? Нет, спасибо.
Проворчала она, медленно подошла к стулу, подтащила его поближе к столу и залезла, сев рядом со мной. Её сонные глаза медленно моргали, казалось, что она сейчас ляжет на край стола и засопит, но она стойко пыталась побороть это чувство.
— Может, побудешь сегодня дома, отдохнёшь, а? Ты выглядишь совсем уставшей.
— Я в порядке. Просто плохо спала.
— Мне бы хотелось, чтобы ты отдохнула.
— А ты что, переживаешь за меня?
— Конечно переживаю, что за глупый вопрос?
— Я не могу задавать глупых вопросов, но… Это приятно слышать, Билл.
Она огляделась по сторонам с задумчивым видом.
— Может, и правда лучше побыть дома, пока ты занимаешься своей скучной работой в ЦЕРБЕРе?
— Тебе не обязательно таскаться со мной весь день. Слышала, что сказал Азеллар? Он залёг, сейчас я его точно не найду.
— Это не значит, что не нужно искать…
— Я буду искать, — перебил её я и погрозил указательным пальцем, — Буду, просто работы тоже много и она никуда от меня не денется.
— А вот он может.
— Слишком долго я не был в участке, нужно совесть иметь. А если я что-то и найду на него, то вернусь за тобой.
— Вернёшься? Обещаешь?
Она недоверчиво сощурилась, глядя на меня.
— Да, конечно обещаю, ты мне не веришь?
— Ладно…
Она устало потёрла глаза и зевнула.
— Ладно, пап. Пойду посплю ещё немного.
Она спрыгнула со стула и, шаркая босыми пятками по кафелю кухни, побрела обратно в комнату.
— Иди, — тихо сказал я, наблюдая, как девочка скрывается за углом. Я снова затянулся, стряхнул пепел на блюдце и сделал ещё пару глотков горячего кофе.
⛧⛧⛧
Джонни открыл дверь, но не торопился садиться. Он нагнулся и внимательно, с серьёзным видом, осмотрел меня, мои руки и салон. Я непонимающе пялился на него в ответ.
— Ты смотри, старичок, в этот раз пушка у меня с собой, — на полном серьезе сказал он и похлопал по бедру, где висел пистолет, — Так что без резких движений.
— Понял, шеф, без резких движений.
Я наигранно поднял руки, показав пустые ладони. Джонни хмыкнул, сплюнул что-то в сторону и наконец сел, всё ещё корчась от боли, когда затаскивал больную ногу в салон. Несмотря на то, что времени прошло прилично, кажется, что состояние его бедра лучше не становилось, а только ухудшалось. В то время, когда я уже во всю использовал свою некогда отрубленную руку, ощущая лишь небольшой дискомфорт на кончиках пальцев, Джонни морщился и кряхтел каждый раз, как ему нужно было куда-то пройти. Хоть он и старался не подавать виду, но его потный лоб выдавал, что ему было действительно тяжело. Будь я на его месте, то спокойно бы взял отпуск на месяц или даже два, да нормально бы подлечился. Но Джонни по какой-то причине всё ещё этого не сделал.
— Как нога? Может, отлежишься? — по-дружески спросил я. Джонни оскалился и помотал головой.
— Да забей, старичок, бегать могу и хер бы с ним. Ты ж возишь, а мне то чё, до офиса доехал, пошуршал бумажками для жирной рожи Вальта, да домой. Ты же знаешь, мне главное до обеда где-то пошароёбиться, дома оставаться никак.
— Почему именно до обеда?
— Да Джаннет. Я ж тебе говорил, у неё это, как его там, экзацербация, в рот её… Короче, прям обострение какое-то. Ты, небось, думаешь, что это старина Джонни херни наплёл про жену, а она то на самом деле ваще… — он сморщился и сглотнул, — Знаешь чё? Чердак у неё потёк знатно, Билл, я тебе говорю. И, самое главное, именно до обеда, а потом отпускает. Я думал сначала прикол какой-то, что это из-за моих поблядушников, но нет, нихрена.
— И давно у неё это?
— Да… — он отмахнулся, — С прошлого года, наверное. Я не слежу, Билл, оно мне в хер не всралось. Сука, она же меня реально доведёт до своего состояния. Приедешь ты вот это ко мне, как сегодня, а старина Джонни там уже всё, говно по стенам размазывает. Так что, никаких там отлежаться и прочей залупы. Не, я лучше в тёпленьком офисе. Лучше подъёбы Ченски, чем домой. Мы то чё, в ЦЕРБЕРе, наше дело малое, главное просто не встревать перед начальством, да проёбываться там, где можно.
— Это ты умеешь.
— Ага, да. А тебе, старичок, я вот, что скажу: не женись. Это они по началу такие все люблю, хочу, а как только кольцо наделал, считай, всё равно что ошейник, — он глубоко грустно вздохнул, — А нога… Да нормально. Не знаю, сука, кровит ещё, но я у сутулого Генри узнавал, он же врач, ну, был, в прошлой жизни, он говорит затянется рано или поздно. Так что просто жду, чё ещё делать.