— А ты чего здесь? — спросила она.
— Как чего? Ты же позвала, а я обещал приехать.
— Обещал… — она ухмыльнулась, а затем встала и шатающейся походкой пошла к столу, — Прости, но всё вино я выпила. Так что тебе ничего не осталось.
— Ничего. Выпью за Джонни дома.
На столе что-то блестело. Это была фотография в рамке под стеклом. Я подошёл ближе, схватил её и осмотрел фото. Эта была та самая фотокарточка, которую я сделал на прошлом задании с висельником: счастливый, залитой открытой улыбкой Джонни на фоне трупа в странной позе.
— Жена его дала, — сказал Алиса, криво ткнув в сторону рамки, — Заезжала к ней после работы. Она… плачет постоянно… Жаль её. Просто кошмар какой-то… А ты держишься?
— В порядке, Алиса.
— Вы… с Джонни… Вы были близкими друзьями? — она старательно собирала предложение, но паузы растягивали его до невозможного.
— Не скажу, что мы были вообще друзьями, но кроме него я больше не помню своих напарников, так что… Наверное, да, можно сказать, были близки.
— Эта вся… перестрелка… ужас… как вообще Вальт вас на такое… отправил?
— Не было никакой перестрелки. Его убили гангстеры, обычный заказ. Расстреляли в собственной квартире.
— Но Вальтазар…
— Вальтазар напиздел! — резко вырвалось у меня, отдаваясь эхом в пустом зале.
Алиса непонимающе глядела на меня. Такое чувство, что она вообще не понимала, о чём я говорю. Может, и к лучшему.
— Я довезу тебя до дома, поехали.
— Довезёшь? Да я и сама… — её пошатнуло, когда она попыталась сделать шаг на каблуках, едва успев опереться на стол, — И сама могу…
— Ты еле ходишь. Сколько ты выпила?
— Пару… Может пару-тройку… бутылок.
Я огляделся и навскидку насчитал шесть пустых бутылок вина.
— Идём.
Я подхватил её под пояс, аккуратно приобнял за талию. Алиса оперлась на моё плечо и, медленно переставляя ноги, пошла вперёд. Её перекидывало из стороны в сторону, я с трудом удерживал её в вертикальном положении.
— Не тошнит? — поинтересовался я, глядя на её плывущий взгляд. Сам понимаю, что меня бы уже вывернуло пару раз от такого количества вина.
— Может… капельку.
— Я могу подождать, если тебе нужно в уборную.
— Нет… я думаю… я дотерплю…
Кое-как спустившись на первый этаж, Алису повело в сторону, поближе к стене. На мой взор снова попалась дверь в кабинет шефа. Свидетельство Алисы вряд ли б меня смутило от того, чтобы не вскрыть эту дверь, а вот периодически шныряющие рожи штатных, дежурящих сегодня, уже волновали больше, но, оглядевшись по сторонам, я всё же подтащил Алису поближе к двери и облокотил её к стене.
— Можешь одолжить шпильку? — деликатно спросил я. Алиса с трудом, плавающим взглядом поймала моё лицо и вопросительно подняла брови.
— А тебе… нужно волосы… прико… подко… заколоть?
— Да, а то на лицо падают.
— Да, Билл, конечно…
Она вытащила из-за уха одну длинную чёрную шпильку и протянула мне. И только я взял её в пальцы, как Алиса побледнела и резко задержала дыхание, прижав ладонь плотно ко рту.
— Кажется, меня сейчас… — она с силой сдерживала рвотные позывы, а затем резко побежала за угол, в сторону туалетов, да так побежала, будто была полностью трезвой.
Мне это было только на руку, меньше вопросов потом будет. Пока Алиса прочищала желудок, я подошёл в упор к двери, присел на корточки и аккуратно сунул край шпильки в замочную скважину, быстро раскачивая личину замка. Несколько щелчков и замок смог прокрутиться. Я повернул ручку и, ещё раз оглядевшись по сторонам, забежал внутрь.
В кабинете ещё стоял кумар от десятка скуренных за сегодня черных сигарет «ОЖОГ», полураскрытые жалюзи отбрасывали на стол решётчатые тени от желтых фонарей снаружи. Я щёлкнул выключателем настольной лампы, она медленно разгорелась. На столе Вальта аккуратно в несколько стопочек были сложены папки, журнал и недавние записи, три ручки разных цветов торчали из стеклянного стакана, в пепельнице сдавлены несколько толстых черных окурков, погруженных в серый вонючий пепел.
Я подошёл к столу и открыл первый ящик: несколько новых запечатанных пачек сигарет «ОЖОГ», под ними блестела компактная голубенькая коробочка «Слезы Серафима», хромированная бензиновая зажигалка с логотипом «ЦЕРБЕР» и гранёный стакан под виски, рядом с которым располагалась наполовину опустошённая бутылка коньяка. Во втором также ничего интересного, лишь доверху забитая макулатурой коробка со степлером и коробками скрепок. Только я открыл третий ящик, в глаза сразу ударил серебряный блеск. Это был значок офицера ЦЕРБЕРа. Я взял его в руки и прочитал имя владельца: