— Исабелла Мартинез? — спросил я. Женщина лишь молча кивнула. — Мисс Мартинез, могу я пройти? — Я полез за значком, — Я из…
— Я знаю, кто Вы, — ее ужас резко сменила злоба. Чёрные густые брови опустились, она с силой сжала зубы, — Проходите, — выдавила она.
Она открыла дверь пошире, нехотя приглашая меня, и тут же скрылась за углом. Я сделал два шага внутрь и не спеша огляделся по сторонам. Женщина села на прохудившийся ободранный фиолетовый диван перед телевизором, по которому шел какой-то старый мексиканский сериал. Телевизор мигал и шумел, не давая ни малейшего шанса услышать реплики героев. Но её это мало смущало, она просто уткнулась в экран, словно не замечая меня. Я тихо прикрыл дверь, прошелся по маленькой квартире, вмещающей лишь одну комнату, соединённую с крохотной кухонькой. Запах чеснока, перца и острых специй въелся в обивку мебели. Видавший многое старый платяной шкаф с покосившейся открытой дверцей, из него торчала скомканная одежда. На плите кипел чайник и остывала кастрюля с недавно подогретым супом. Я по-хозяйски подошёл к плите, снял кипящий чайник с огня и выключил газ.
— Кого-то ждёте, мисс Мартинез? — спросил я, рассматривая содержимое кухоньки. Женщина даже не обернулась на мой вопрос.
— Никого. — сухо ответила она.
— Что ж. Если вы не против, — я достал из-под стола табурет и сел, облокотившись о край стола. Вытащив блокнот с ручкой и приготовился записывать, — Стандартная формальность. Пару вопросов для протокола, если можно. Как давно Вы здесь?
— Семь лет, — женщина глубоко вздохнула.
— Недурно. За что сюда отправили?
— Убийство. Муженька пырнула, — с ноткой надменности ответила она, резко развернув на меня голову, но через секунду вновь обратилась к невнятному эфиру.
— Мне необязательно знать подробности. Раскаивались?
— А можно было как-то иначе?
— Это просто формальность, мисс Мартинез, отвечайте на вопрос.
— Да. Как и все, кого вы насильно заставляли это делать.
Я кивнул, пропустив мимо ушей колкий комментарий, и продолжил:
— Работаете?
— Уборщица в баре «Биг Боб».
— И как, нормально платят?
— На поесть, дозу и заплатить за эту халупу хватает.
Я ещё раз коротко окинул взглядом квартиру. Вещей было больше, чем на одного человека.
— Одна живёте?
— Да. — уже не так уверено ответила она.
— Если я проверю Ваш срок, там всё будет в порядке? — я поднял на неё взгляд, она на секунду замешкалась, а потом набралась побольше уверенности и ответила:
— Три дня назад я купила ещё месяц, — она оторвалась от экрана и глянула мне в глаза, чтобы я точно ей поверил. Но я знал, что она лжёт. Робость закралась в её голос. Маленькая дрожь сразу стала заметна на её волосах. Я видел, как она нервно перебирает руками. Страх.
— Уверены? — я уже не отрывал от неё взгляда, читая каждое движение.
— Хочешь, можешь проверять, что угодно. Книжка в столе.
— Я пришёл не проверять срок, мисс Мартинез. Вы знаете, зачем я здесь? — она нервно сглотнула, пытаясь не отрывать взгляд от телевизора.
— Значит давай по скорее с этим…
В этот момент кто-то вставил ключ в дверь и попытался открыть замок. Я посмотрел на женщину, она взглянула на меня, её глаза снова заполнил ужас, но она молчала, зная, что если она закричит или дернется, сразу же получит пулю. Я аккуратно потянулся к поясу и снял пистолет с предохранителя. Дверь открылась — за ней показался молодой парень вполне опрятного вида. Наголо обритый, его лицо кривой громадой пересекал поломанный нос. Он держал бумажный пакет с продуктами. Парень не сразу заметил меня: он сначала с улыбкой взглянул на женщину, но, заметив ее ужас, оглянулся и, уже увидев меня, замер на месте. Он явно знал, кто я. Он уронил пакеты на пол, попятился назад и уперся в закрытую дверь.
— У м-меня всё в порядке с-с документами. Зачем вы здесь?! — в панике начал спрашивать он, в панике оглядываясь то на меня, то на неё.
— Я пришел не к тебе, парень. Успокойся. Присядь.
— Мама? — взглянул он на женщину, — У тебя же… у тебя же был еще месяц.
Женщина не ответила. Она с грустью смотрела в пол.
— Прости, Марко, я сорвалась и продала его, — женщина смогла даже слегка улыбнуться, пусть и грустно. Кажется, она ни о чем не жалела, — Думала, что успею купить новый до того, как… Как ко мне придут из ЦЕРБЕРа.
— Что?! Зачем? Зачем ты это сделала?! Я не понимаю. Ты же столько лет в завязке.
— Нихрена я не была в завязке. Ни одного дня. Я врала тебе. И вот, снова сорвалась. Я сорвалась. Опять. Вот и всё… — на её карих глазах появились слёзы, — Прости меня, сынок.
Марко до последнего смотрел мать. Его челюсть дрожала, он хотел было что-то ей сказать, но не смог. Не смог выдавить ни слова в ответ. Но зато он решился повернуться ко мне и сделал пару уверенных шагов вперёд.