— Нет, нет, только не сейчас! Только не сейчас! Я же работаю! — закричал он на нас с неизвестным мне акцентом.
— Кажется, сегодня у тебя сокращённый день, Эдвин, — с насмешкой ответил ему Жан и огляделся вокруг.
— Очень, блять, смешно. Кто вы вообще такие?
— Парочка старых димов, — спокойно сказал я, а Жан подхватил.
— Помнишь меня? Две недели назад ты мне по колену зарядил. Оно, если что, до сих пор ноет.
— Да ебал я твоё колено. Что вам от меня нужно?
— Не дерзи! — Жан выставил на него пистолет, и Эдвин сразу же перестал быть таким смелым, — Сегодня ты не убежишь.
— А, я понял, ЦЕРБЕР. Слушай, может договоримся? У меня со сроком уже всё в порядке, я полгода купил. Мне нужно работать, очень нужно, пожалуйста.
— Нет. Не выйдет.
Жан полез за пояс, но, будто не нашёл там того, что искал, начал в панике рыскать по карманам. Не найдя ничего, он нервно зарычал и разочаровано вздохнул.
— Чёрт, браслеты в машине забыл. Билл, подержи Эдди на мушке, пока я сбегаю за наручниками.
— Наручниками? — недоумевал я, — Мы его не будем убивать?
— Эдвина? Нет. Его нужно доставить в ближайший участок, где его повесят на цепи, и будет он так висеть до вынесения приговора, который, скорее всего, будет смертной казнью.
— Так нахрена столько волокиты? Он всё равно просрок, давай грохнем его здесь и не будем столько возиться.
— Нет, Билл, так не пойдёт. Мы с Вальтом договорились, что я доставлю его в участок, живым и здоровым. Хотя, может, не очень здоровым. Так что последи за ним, пока я схожу в машину. Эй, Эдди! — окликнул его Жан, — Мой напарник с тобой посидит пару минут. Лучше не делай глупостей, у Билла палец на курке чешется.
— Пошёл ты… — с обидой пробурчал Эдвин.
— Ну всё, мальчики, развлекайтесь.
Жан быстрым шагом удалился, оставив нас с Эдвином наедине. Я оглядел его с ног до головы, он в ответ сделал то же самое. Только Жан скрылся, как он заметно облегчённо выдохнул, хоть и понимал, что я не лучше.
— Ты ж не будешь делать глупостей? — спросил я, но Эдвин только саркастично улыбнулся и попытался сделать расслабленный вид, сложив руки на груди.
— Можешь пушку убрать, дим, я убегать не буду. Они меня всё равно не убьют. Вытащат меня, как только в участке церберовском буду, вот увидишь.
— Откуда такая уверенность?
— Откуда? — посмеялся он, — Да потому что это ёбаный договорничок. Крыса сливает иногда бегунков и фасовщиков, чтобы ЦЕРБЕРу статистику набить. А ты думаешь, как вы меня нашли?
— Зачем ты тогда убегал в прошлый раз, всё равно же выпустят.
— Затем, что этот придурок, твой напарник, реально хотел меня пристрелить и искал повода это сделать. Вот я и дёру дал. А мне работать нужно, понимаешь?
— И чем ты занимаешься?
— А чё не видно что-ли? Перегоняю, отчищаю, смешиваю, разбавляю концентраты, фасую. Фасовщик я. Иногда винтовар.
— Наркотики?
— Они самые.
Я прошёлся по рядам столов, оглядев растворы. Он заполнил и запаял около сотни маленьких ампул с прозрачной, но очень блестящей жидкостью. Очень аккуратно и ответственно для простой наркоты, это что-то особенное.
— Это что? — кивнул я ему на запечатанные ампулы у него под рукой.
— Что-то новое. Только на рынок выходит. Совсем убойная вещь, видел, как штырит, но сам не пробовал. Амброзией называется.
— Это амброзия? — скептично скривился я и ещё раз глянул на блестящие растворчики.
— Ну да, а ты чё шаришь типа? В штыреве разбираешься?
Я подошёл к нему поближе, отчего Эдвин от страха вжался в стол и сделал пару шагов от меня, но мне был нужен не он. Я взял в руки ампулу, покрутил её, понюхал. Ничего. Никакого запаха, словно это была вода.
— Чё-то ты гонишь, Эдди, нихрена это не амброзия.
— А ты откуда знаешь?
— Знаю, я пил её. А настоящая амброзия совсем другого цвета и несёт от неё так, что, если бы это была она, то тут вся комната ей бы уже провонялась.
— Не гоню я, слышь. Мне Крыса её отправил. Сказал, разбавить нада. Это дистиллят, слышь? Конечно, запаха не будет. Один к десяти тысячам. Это ж для инъекций, идиот, кто ж его пьёт. Эффекта не будет.
— Один к десяти тысячам? — мои глаза округлились. С такой дозировкой во всех этих ампулах едва ли была грамм пятьдесят настоящей амброзии.
— Ага. Да. Лично вымерял всё. Капелька к капельке, бля буду. И да, та хрень была реально желтой и пахла так, что глаза вылезали и блевать тянуло. Так что не гоню я, это реально она.