— Нормальная тема, да? — слышался его голос глубоко в моей голове.
— Что это? — язык заплетался, онемел, а глаза двигались медленно. Все цвета слились в кашу, всё плыло и переворачивалось. Музыка, голоса, все звуки то ускорялись, то замедлялись.
— Не задавай глупых вопросов, дружище. Это просто я. Я, Люци. Сейчас станет лучше. Моргни на раз-два-три, хорошо? Готов?
РАЗ
ДВА
ТРИ
Я моргнул.
В правой руке я держу стакан, доверху заполненный виски с колой, в нем плещутся несколько кубиков льда. Стакан скользкий и холодный. В левой рукой я сильно прижимаю темноволосую девушку, она лезет ко мне в штаны, я не могу сопротивляться. Я смотрю налево: Джонни, заметно надравшись, тянется, чтобы поцеловать одну из шлюх рядом с ним, она с улыбкой подставляет ему щеку. Я смотрю направо: Люци таращится на меня с дьявольским оскалом. Его взгляд впечатался в меня. Он смотрит. Он смотрит.
Я моргнул.
Стакан в правой руке опустел, на дне, в остатках колы, плавают подтаявшие кубики льда. Левой рукой я придерживаю голову темноволосой девушки. Она стоит на коленях под столом, уже расстегнула ремень и пытается справиться с пуговицей моих брюк. Джонни облизывает грудь шлюхи, его слюни стекают по её голому телу. Она смеется вместе с ещё одной девушкой рядом. Люцифер пьёт шот с горящей жидкостью. «Тебе такое нельзя» говорит он. Я пытаюсь подвигаться. Без толку. Меня расслабляет ещё сильнее. Ещё сильнее.
Я моргнул.
Я стою в кабинке туалета и трахаю темноволосую девушку. На её лице застыло наслаждение. Она закрыла глаза и громко стонет, выкрикивая похотливые фразы. В моей руке стакан с виски-колой, второй рукой я держу её за волосы. Я допиваю стакан и кидаю его на пол. Он звонко разбивается. «Старичок, аккуратнее!». Где-то в соседней кабинке я слышу голос Джонни. Он не один. Я слышу стоны другой девушки из соседней кабинки. «Схвати меня за волосы» говорит темноволосая девушка. Я беру её за волосы и тяну на себя. Она выгибается и стонет. Стонет. Я ещё быстрее трахаю её.
Я моргнул.
Я стою склонившись над туалетом. Меня тошнит, рвота подступает к горлу. Джонни стоит сзади, он разговаривает с двумя шлюхами, попутно натягивая штаны. Вокруг осколки стекла и разлитый алкоголь. Меня рвёт. Желудок с болью сокращается несколько раз. На мне нет штанов. «Старичок, ты в норме?» спрашивает Джонни. Я киваю. Меня снова рвёт. Я снова киваю. Я что-то ему отвечаю.
Я моргнул.
Мы снова за столом. Штаны на месте. На стол принесли новые напитки и еду. На серебряной тарелочке насыпан порошок и аккуратно выложено несколько металлических трубочек. Люцифер возвращается в компании двух суккубов. «Это мой подарок вам, друзья». Их глаза блестят демоническим светом. Одна из них смотрит на меня и облизывает губы. Я смотрю в её блестящие глаза. Я растворяюсь в этом взгляде.
Я моргнул.
Я трахаю суккуба. Она кусает меня в шею. У неё острые клыки. Больно. Она слизывает мою кровь. Она возбуждает меня. Очень. Её глаза ярко горят. Я не могу сопротивляться ей. Джонни рядом нет. Я не знаю, где я. Люцифер стоит у стены и смотрит, допивая коктейль. Он пялится и довольно улыбается. Он пялится.
Я моргнул.
Люцифер протягивает мне ещё одну таблетку и стакан с водкой. Я беру и глотаю её. Джонни трахает проститутку прямо на столе, за которым мы сидим. Вокруг разбросана еда и пустые бутылки. Темноволосая девушка с милой улыбкой тянется ко мне, чтобы поцеловать. Я отворачиваюсь. Я смотрю на Люци, он смеётся. Он поворачивает мою голову к ней. Её влажный язык ловко проникает в мой рот. Мы целуемся.
Я моргнул.
Джонни лежит в отрубе на полу со спущенными штанами. Темноволосая девушка целуется с другой проституткой в противоположном углу. Люцифер приобнимает меня за плечо. Он показывает мне бутылку амброзии. Я отчетливо слышу его голос в своей голове громче чего угодно вокруг. «Знаешь, что это? Это отправит нас в рай, дружище.». Он разливает нектар по двум стаканам, разбавляя его водкой и тоником. Звон бокалов. Он берет напиток и выпивает. Я беру напиток и выпиваю. Вокруг всё озаряется адским пламенем. Огонь повсюду: на стенах, на столе, на Джонни, на моей одежде. Глаза Люцифера загорелись, на его лбу выросли огромные полуметровые рога, возвышающиеся вверх, крылья расправились, когти удлинились. Он засмеялся, показав длинные клыки и длинный, острый, раздвоенный змеиный язык. «Нет, в таком виде в рай меня не пустят».