— Скоро закат. Тебе нужно ехать, Билл. Удачи.
⛧⛧⛧
Старый деревянный мост через Ахерон с трудом выдерживал вес Малибу. Скрип досок и прогнившие подпорки не внушали доверия, но каким-то чудом мост даже не развалился, как только я с него съехал. Жёлтые стены Тартара остались позади, а вперёд теперь вела заросшая травой дорога. Мне не приходилось ранее бывать в подобных настолько отдалённых от Дита уголках. Казалось, что я сейчас упрусь в непроходимую стену, что зовётся купол Ада. Мрачные выжженные безжизненные поля понемногу начали сменяться болотами и пролеском. Дряхлые высохшие деревья торчали из-под земли. Наконец в конце дороги показалась арка. Некогда это были ворота Ахерузийского порта — второго порта Ада после Стигийского, что в Лимбо. И в отличии от Стигийского, здесь небольшие суда плавали по Ахерону постоянно, перевозя всё, начиная от душ, заканчивая простыми товарами на продажу. Но когда Тартар превратился в пустыню, населённую безмозглыми призраками, тогда и Ахерузийский порт пришёл в упадок, пока его не покинули последние жители. Случилось это, как говорят, не так давно — всего лишь тысячу лет назад.
Здесь было тихо. Очень тихо. Всё, что я слышал, это скрип костлявых ветвей и шелест воды в реке. Было не по себе. Холодная дымка поднялась над водами Ахерона и заволокла собой всё вокруг. Туман ровной пеленой лёг на пристань. В горле запершило, а глаза заслезились. Здешний туман был ничуть ни лучше зловонных испарений Стигийского болота. Я натянул на лицо воротник, продолжая идти вперёд по набережной. Хлипкие дощечки пристани скрипели под моим весом, местами они прогнили до дыр, оголяя черные глубокие воды.
Чем глубже я заходил в туман, тем холоднее становилось. Ящики, бочки, сети, крабовые ловушки, прилавки, забитые уже давно сгнившей рыбой. На них шмотками повисла тина и водоросли. Всё было брошено, но как будто ждало возвращения своих хозяев. Мне чудились голоса, лица и даже силуэты людей в тумане, за этими прилавками, стоявшими с удочками на краю, но они расплывались, стоило мне на них взглянуть.
Как бы вообще не сойти с ума, пока я добираюсь до центрального пирса.
Туман чуть осел, стоило мне приблизиться к краю дощатой пристани. Ахерон был полноводен и в плёсе был ничуть не меньше своего старшего брата — Стикса. Весь берег был усыпан острыми как бритва скалами, они, словно клыки, торчали из-под воды, оголяя острые верхушки. Но ещё больше здесь было кораблей, а точнее обломков кораблей. Сотни, если не тысячи, деревянных каравелл и даже фрегатов, растерзанных пополам или севших на мель, разнесённых беспокойными водами по сторонам, торчащие мачты с остатками разорванной парусины, покачивающиеся канаты, перевёрнутые вверх дном шлюпки. Это место больше напоминало поле битвы, чем порт.
Но среди этого, точно маяк, торчал длинный пирс, уходящий почти на середину бухты. На его краю блестел и покачивался прямоугольный позеленевший от окиси и тины бронзовый колокол.
Я схватился за сырой холодный и скользкий кончик верёвки и дёрнул на себя. Язык звонко ударился о стенки, звон разошёлся, устремляясь вглубь тумана, словно нож разрезая густую тишину. Лёгкая рябь разошлась по водной глади вслед за колокольным звоном.
Не было ничего. Я вглядывался в бездну, как мог. Только я приготовился ударить ещё раз, как откуда-то из глубины, за непроглядным туманом, я услышал ответный звон. Волна накатила в мою сторону и из дымки показалась лодка. Толстоватый старик, только увидев меня на пирсе, приветливо улыбнулся и помахал рукой.
— Сейчас, сейчас! — закричал он, медленно выруливая к краю пристани. Он пришвартовался и кинул мне канат, — Держи. Тяни! Тяни на себя!
Я схватился и что было сил потянул. Лодка причалила, слегка ударившись боком о деревянные сваи, и старик начал подвязывать её к пирсу. Я подошёл поближе, смотря на него сверху вниз, но он даже не поднял головы.
— Хорошая погода для прогулке по реке, да, мистер Макалистер? — спросил он с лёгкой ухмылкой из-под седой бороды.
— Мы знакомы?
— Теперь да. Я Варкарис, старый и единственный лодочник по эту сторону Ахерона, — он потянулся и протянул мозолистую руку мне. Я нагнулся, чтобы её пожать, — Должно быть, мистер Макалистер, наша встреча не случайна?
— Откуда Вы знаете моё имя?
— Имена, мой друг, единственное, что остаётся от человека после смерти. Хотите верьте, хотите нет, но я помню имена всех, кто когда-либо переплывал через эту реку.
— Как такое возможно?
— В Аду возможно всё, — ухмыльнулся он, — Но я думаю, Вы проделали такой путь не для того, чтобы узнать своё имя, так ведь?