Александр издал последний всхлип и замер в таком же скрюченном положении. Я встал, взял в руки его пистолет и выстрелил ему в правый висок. Его тело отлетело и упало на бок.
— Вот такой он — твой бесславный конец, — Пистолет я положил ему в правую руку, — Застрелился в коморке для швабр, в разгар рабочего дня.
Со спокойным лицом, чуть ли не присвистывая, я вышел из помещения, поднялся на этаж и вошёл в лифт. Никто даже не обратил на меня внимания. Никто даже не заметил, что я снёс кому-то бошку. Как же всем плевать.
— Сэр! Сэр, постойте! — бежал ко мне со всех ног демон. Он запыханный, бледный и потный, еле держался на ногах, в последний момент остановил дверь закрывающегося лифта, — Надеюсь, всё в порядке? Я по поводу инспекции. Мне сказали…
— Выводы сделаны, — снисходительно сказал я и похлопал его по плечу, — Есть, над чем поработать, думаю, вы и сами прекрасно знаете над чем, — я поднял брови и демон, будто понял о чём мой бессмысленный трёп, часто закивал, размазав по лицу жиденькую улыбку.
— Конечно, сэр, мы всё учтём, но насчёт…
— Всё будет в отчёте, — перебил я его, — Отправим почтой через неделю.
— Может… Может, мы сможем… Договориться? — задыхаясь, через слово выговорил он.
— Взятка?
— Что вы, сэр? Лишь небольшой денежный подарок от Харон Транс Инк., не более, — он достал чековую книжку и щёлкнул ручкой, ожидая моего ответа. Он мог бы написать, казалось, сумму с любым количеством нулей, но я только нажал на кнопку лифта и двери медленно начали закрываться перед его лицом.
— Оставь себе, — кивнул я, — И жди отчёта.
Лифт медленно поехал вниз, остановившись на последнем этаже, двери со звоном открылись, а меня снова встретил гремлин-конферансье. Увидев меня, он, в отличие от прошлого раза, теперь искренне улыбнулся и вновь поклонился в знак приветствия.
— Уже уходите, мистер Барбаро?
— Всё необходимое у меня, — я постучал по нагрудному карману, где лежало письмо Харона. Гремлин понимающе покивал.
— Отлично! Надеюсь, Харон Транс Инк. оставили у Вас только хорошие впечатления о своей работе.
— Честно сказать — отличные!
— Я рад, я рад.
Гремлин едва поспевал за моим быстрым шагом, считая своим долгом сопровождать меня до самого конца. Только я приблизился к своим воротам, они тут же вновь загорелись красным пламенем, иссушая воздух вокруг.
— Всего доброго, сэр, — едва успел сказать мне гремлин на прощание.
Я вошёл в ворота и через мгновение упал на сухую землю напротив арки. В том же самом месте, где был пару часов назад: в обломках разрушенного храма Аида.
Поверить не могу, что всё получилось. Получилось настолько просто. В кармане моего плаща лежало письмо, очень могущественное и опасное. Содержание этого письма может изменить расклад сил, начать гражданскую войну или внутренние дворцовые перевороты. Но самое важное было известно точно — Мегера — мать Люци, и теперь у меня есть действительно весомый козырь перед могущественным существом в этом мире.
⛧⛧⛧
Когда я вернулся домой, было уже за полночь. Я тихо, на цыпочках, прошёл в комнату, чтобы не разбудить Кэт. Девушка мирно спала, сопела, развалившись во всю в моей постели, прикрыв нагое тело простынёй. Я повесил рубашку на дверцу шкафа, присел на край кровати, чтобы снять носки. Почувствовал её холодную руку на своей спине.
— Билл, это ты? — полусонным голосом спросил она, — Вернулся наконец?
— Я. Всё в порядке.
— А я не дождалась тебя, поужинала сама, — говорила он, даже не открывая глаз, упёршись лицом в подушку. Скорее всего, она даже не проснулась до конца.
— Позавтракала блинчиками с черничным вареньем?
— Да, а на обед было варенье… с черничными блинчиками.
— А на ужин, наверное, черника с блинным вареньем.
— Нет, дурак, — она улыбнулась, — На ужин… Взяла лапшу из китайской лавки на углу. Знаешь такую?
Я глянул в проход, через гостиную, на кухне горел свет. Розовый свет. Я уже видел его. Во сне. Они ждут меня.
Кэт уже засопела, стоило мне замолкнуть на пару минут. Но только я встал с кровати, она взволнованно окликнула меня:
— Ты куда?
— Пойду покурю.
— А, ладно. А я посплю тогда ещё чуть-чуть.
— Спи, Катрин.
Кэт ничего не ответила, только засопела в ответ. А я осторожно двинулся к кухне, откуда уже слышал негромкие разговоры: