Кэт приподняла бровь, качнула головой и сложила руки, прикрывая предплечьями маленькую голую грудь.
— Я тебе не домашняя шлюха, Билл, которую можно только ебать.
— Это называется быть моей девушкой, Кэт. И да, — я осмотрел её с ног до головы, — Ты именно такая.
— Что с тобой не так?
Я накинул плащ и уже был готов уходить, как Кэт под конец добавила:
— А денег оставить?
Это стало последней каплей. Она вывела меня из себя ещё больше и я не выдержал. Я зарычал, достал бумажник, вычерпал из него всё, что только можно. Кинул ей в ноги пустой бумажник и пачку пятидесятиоболовых купюр. Банкноты разлетелись по сторонам, как конфетти. Кэт с ошарашенным видом смотрела на это, а я только спокойно добавил:
— Надеюсь, хотя бы на один день тебе этого хватит?
Она молчала. Стояла голая посреди гостиной с открытым ртом, обиженная, не знала, что мне ответить. Но я и не ждал от неё никакого ответа, а только вышел и захлопнул за собой дверь.
⛧⛧⛧
Я ворвался в кабинет Амарена. Адвокат вскочил с места, едва удержав в руках коробку с лапшой, а худосочный демон Габерус тут же схватил меня за плечо цепкими лапами. Но я даже не сопротивлялся, я ждал пока Амарен наорётся и примет меня. А он примет.
— Ты что, совсем охренел?! — начал он кричать с полунабитым ртом. Амарен взял салфетку и вытер лицо, стряхнул крошки с воротника малинового пиджака, — Врываться вот так! В неурочное время!
— Ты мне нужен, Амарентус, как адвокат, — с полным спокойствием и серьёзностью сказал я, будто не замечая кривую вонючую рожу его подручного демона у себя над головой, который был готов выкинуть меня вон по одному только щелчку пальцев его босса.
— Извини, Билл, но твои маленькие проблемы уже становятся слишком большими. Запишись в регистратуре. Габерус, выпроводи его!
— Да, босс.
— Я знаю, что Мегера — мать Люцифера-младшего! — успел я сказать, только демон коснулся ручки двери. Амарен тут же вскочил, выпучив глаза, успел только сказать:
— Стоять!
Все замерли. И я, и Габерус, и Амарен тоже замер, выставив руку вперёд. Он подбирал слова, ведь то, что он сейчас услышал, для адвоката несёт на себе слишком большие юридические риски.
— Габерус, — аккуратно сказал он, — Ты немедленно должен забыть то, что сейчас услышал. А иначе, мой дорогой Габерус, ФУРИЯ сожрёт тебя с потрахами, если ты вынесешь за пределы этого кабинета хоть слово из услышанного.
Габерус, не отличавшийся особым умом, вряд ли даже понял, о чём речь, и точно не запомнил всех имён, сказанных мной меньше минуты назад. Его глупое худое лицо выражало полнейшее недоумение. Амарен, заметив это, аккуратно добавил:
— Ты всё понял?
— Да, босс.
— Отлично. А теперь поставь Билла на место и закрой дверь с той стороны и никого, НИКОГО не впускай.
Демон вышел, оставив нас наедине. Амарен смотрел на меня очень грозно, особенно с высоты своего места, находившегося на высоком постаменте.
— Ты хоть понимаешь, что сейчас сказал? — медленно переспросил он, — Хоть на секунду отдаёшь себе отчёт, какие это может иметь последствия?
— Могу повторить.
— Не надо! — он испуганно выставил руки вперёд, — Я это услышал один раз против своей воли, уже подвергая себя опасности, которой никогда до этого не подвергал в этом мире. Ты уверен? Доказательства-то у тебя есть?
— Есть.
Я достал из внутреннего нагрудного кармана свёрнутое пополам письмо Харона, подошёл к столу и протянул его Амарену. Адвокат, трясущимися руками, взял листок, ещё раз боязливо взглянул на меня, сглотнул ком в горле и открыл. Крохотные глазки бегали по тексту из стороны в сторону, он нашёптывал себе всё содержимое, пока не дошёл до конца и тихо, но слышно произнёс:
— Мегера…
— Теперь можно приступить к сути моего появления здесь? — я деловито сложил руки на груди, но Амарен не реагировал, он смотрел куда-то в пустоту, куда-то сквозь меня, а его губы шевелились, словно он читал молитву.
— Где ты… — неожиданно отмер он, голос его всё ещё дрожал, — Где ты это взял?
— Честно?
— Конечно, честно! Я же твой адвокат! Мне можно говорить только правду и ничего кроме правды! Я скован священными узами адвокатской тайны.
— Украл. Из Харон Плаза.
— Ук… — его голос снова утонул на полуслове. Он зажмурился и потряс головой, схватив себя за пульсирующие виски. Амарен сделал глубокий многозначительный вздох и продолжил, — Уточним. Ты украл это, личную переписку, у Харона? У главы Харон Транса. Личную переписку с… Царём Подземного мира? Ты понимаешь, что это нарушение закона?
— Как-то и без тебя догадывался, но ты только что подтвердил мои самые большие опасения, — съязвил я.