— Что люди только не празднуют, лишь бы не поклоняться своим богам, — возмутился Аид, выслушивая истории племянника.
— Это же люди, дорогой, — подметила Персефона, — Они это любят.
— Люди. Смертные. Вот я — бог смерти, Персефона, но даже я не понимаю, что можно успеть сделать за столько короткое существование. Сколько живёт человек? Сто лет? Пятьдесят? Уильям! — окликнул он меня, — Сколько живёт человек?
— Не больше сотни, господин.
— И это в лучшем случае! — весело добавил Люци, ковыряя что-то в тарелке.
— Сотня. Что можно успеть за сотню лет? Размножиться и умереть. Они ещё успевали, вспахивать поля, строить города, воевать. Что такое сотня лет в масштабах Вселенной? Мгновение. Ничтожно малое. Насколько ничтожна жизнь длиною в столетие, настолько ничтожна песчинка в пустыне.
— Поэтому людей так много, дорогой, — снова затрепетала Персефона.
— Много? Очень много! В Аду скоро места не будет хватать. Твой отец собирается с этим что-то делать?
— Я не знаю, дядя Аид, — на-отвали ответил Люци, продолжая нагребать себе еду в тарелку.
— А я знаю. У людей в последнее время слишком много свободы здесь, демоны погрязли в лени и разврате, а дьяволы упиваются властью и богатствами, совсем не думая о последствиях. А последствия этому будут, они уже есть. Будь я на престоле, то уже давно бы навёл порядок. Посмотрите, люди уже сами за собой следят! Немыслимо. Люцифер теряет контроль. И не ровен час, они пойдут войной против собственного господина. Верно говорю, Уильям?
Аид снова обратился ко мне. А мне хотелось спрятаться от него, провалиться сквозь землю, ещё ниже, лишь бы не отвечать на его идиотские вопросы. Мне не хотелось здесь находиться, всё, что мне было нужно, это моя жена, с которой я никак не мог переговорить с глазу на глаз. Я старался не поворачиваться к нему как можно дольше, чтобы не встретиться с ним взглядом. В тот момент, когда я уже готов был что-то ответить, неожиданно подал голос Люци:
— Слушайте, а где торт? Билл, чёрт, мы его приносили?
— Кажется, я забыл его в машине, — с идиотской улыбкой ответил я, поторапливаясь встать с места. Боги внимательно следили за моими движениями, — Я схожу за ним. Одну минуту.
— Не надо, останься, — протянул Аид и махнул рукой, — Кассандра принесёт. Кассандра!
— Я правда сам, Владыка.
Я слегка перебил Аида, и это заметили все. Каждый в зале обернулся на меня, а вокруг повисла гнетущая тишина. Кассандра, которая уже сделала шаг вперёд, обомлела. Взгляд Люци буквально кричал мне «Не делай этого!». Аид многозначительно молчал, насупив чёрные брови, словно переваривал то, что сейчас произошло.
— Ты мой гость, Уильям, — медленно сказал он низким хриплым басом, — Сядь на место.
— Я буквально на минуту, и сразу вернусь, — ответил я, но грозный взгляд Аида не изменился. Люци подключился почти сразу, пытаясь спасти меня:
— Дядя, да у него в машине реально чёрт ногу сломит. Хрен чё найдёшь. Пока твоя служанка там что-то найдёт, мы тут с голоду помрём.
— Дорогой, это же мой любимый торт! — снова подала голос Персефона. Ситуация начала налаживаться. Аид переключил взгляд на жену и стал мягче.
— Конечно, дорогая, пусть люди прислуживают богам, верно? Уильям, тащи моей жене её любимый торт, и поживее.
Я встал из-за стола и быстрым шагом двинулся к выходу, Кассандра тут же подключилась ко мне, пошла следом.
— Ты что творишь, идиот?! — злобно зашипела она, только мы вышли в коридор, — Он не простит тебе этой выходки, это же Аид!
— Да плевать я хотел на него. Я здесь ради тебя.
— Что тебе нужно от меня?
— Вернуть долг!
— Я сказала, что не смогу это сделать так просто.
— Так постарайся.
Я открыл машину и взял с переднего места коробку с белым тортом, а потом повернулся к ней: