— Что ты несёшь, Кассандра?
— Это не может быть совпадением. Если ты тот самый… Сошедший с небес, что убьёт старых богов и провозгласит новых. Пророчество не должно исполниться.
— Это о нём, не обо мне! — закричал я, ударив себя в грудь, — Я убью его, и всё закончится. Не будет пророчества!
— Откуда ты знаешь?! Убьёшь его и тут же станешь следующим. Билл, ты понимаешь, что они именно этого и хотят. Они создали спасителя, чтобы посеять хаос, чтобы его убили! Чтобы ты убил!
Она достала из-за пояса пистолет и держала его в руке, продолжая что-то тихо про себя повторять.
— Кассандра! Дай мне череп! — выставив ладонь вперёд крикнул я.
— Пророчество не должно исполниться, — повторяла она себе под нос, — Я не могу позволить…
Она резким движением кинула черепок мне в грудь. Я едва успел его поймать, чуть было не уронив с моста в реку. Спина в последний момент упёрлась в край ограждения. Но Кассандра не подходила за письмом, она просто смотрела на меня, а потом медленно сняла маску. Её золотые глаза наполнили слёзы.
— Прости меня, Билл, но я не могу позволить этому случиться. Прости меня…
— Что ты…
Кассандра подняла руку с пистолетом на меня. Я даже не понял, что происходит, лишь инстинктивно от страха выставил руки вперёд. Но выстрел был мгновенным, выполнен без раздумий. Я не понял, куда попала пуля, она прошила моё тело насквозь. Меня откинуло назад, я завалился на ограждение моста, и полетел вниз. В холодные воды Ахерона. Вода окутала всё моё тело. Густая, холодная, тёмная вода. Я со всех сил держал в руках письмо и череп, но сил плыть уже не было. Ахерон затягивал меня. Я медленно тонул, тонул, опускаясь всё глубже в тёмную пучину. Последнее, что я увидел, это её лицо. Кассандра в последний раз глянула из-за края моста на воду, чтобы убедиться, что дело сделано, что меня больше нет, что у меня не получится. Она отвернулась и ушла.
А я опускался всё глубже…
и глубже…
и глубже…
⛧⛧⛧
Запах.
Он как пыль застрял в носу. Запах свежезаваренного зернового кофе и тёмного шоколада. Запах знакомый, терпкий, от него воняет и тошнит. Я уже был здесь. И я не хотел здесь находиться.
Темно.
Чёрная дымка заволокла меня. Она заплыла в глаза, в нос и уши. Густая, точно нефть, чёрная жидкость текла по рукам, по ногам, по спине.
Чувствую.
Свои руки, своё лицо, своё тело. Чувства приходят не сразу, я словно выныриваю из глубины. Кожу покрыл мерзкий зуд, он разбежался по телу, наполнил каждую клеточку, пробивая её нервными импульсами, запуская вновь.
Боль.
Это первое, что я почувствовал. Зияющая рана в моей груди, пуля прошла прямо под ключицей, едва не задев рёбра. Сквозная дыра. Она ныла, пульсировала, сковывала движения, словно рак сжал меня огромной клешнёй. Я не мог вырваться, только лежать и страдать.
Холод.
Он морозом побежал по коже. Я открыл глаза. Я плыл по реке. Но это был не Ахерон. Нет. Это была чёрная смолянистая река из глубин моего сознания.
— Я скучал, кореш.
Разнеслось эхом со стороны. Его голос вибрировал в голове. Но повернуть голову я не мог. Мог только плыть вперёд.
— Где я? — вырвался голос, больше похожий на немой стон.
— Опять пытаешься сдохнуть, видимо. Хочешь снова стать чёрной жижей. В этот раз ты точно решился?
— Мне нельзя умирать сейчас. Верни меня обратно.
— Извини, кореш, но я не решаю здесь ничего, только слежу, чтобы ты не натворил делов. Если ты сюда попал, значит, она тебя сама сюда отправила.
— Она… — разнеслось эхом, многократно повторяя одно и то же слово.
— Это последняя линия обороны, кореш, а дальше…
Он замолк.
— Что дальше?
— Никто не знает. Может, конец, тьма, бесконечный сон или схлопнутая сингулярность, откуда нет выхода, а может ещё один мир. Ещё один Ад.
— Мне хватит одного. Ты не можешь вернуть меня, но знаешь, как отсюда выбраться, ведь так?
— Просто не умереть?
— Просто? Звучит не так уж просто.
— А ты попробуй. Просто попробуй, кореш.
— Что именно?
— Вздохнуть. Оживи и сразу же вернёшься обратно. Тебя там заждались.
— Кто? Кто меня ждёт?
— Пора очнуться, мистер Макалистер.
П о р а о ч н у т ь с я, м и с т е р М а к а л и с т е р .
— Мистер Макалистер… Мистер Макалистер…
Я жадно глотал воздух, но вздохнуть полной грудью не получалось. Лёгкие были заполнены водой. Она полилась изо рта вместе с пеной. Я откашливал остатки, перевернувшись на четвереньки.
— Тише. Тише, сынок.
Кто-то тряс меня за плечо, бил по спине, помогая откашлять вонючую воду.
— На, держи.
Мне к лицу поднесли глиняную флягу. Я увидел знакомые сухие мозолистые руки.