— Я не прислуживаю никому.
— А как называется, что ты таскаешься с сыном архидьявола? — он усмехнулся.
— Мы просто друзья, Владыка.
— У него нет друзей, — Аид резко поменялся в лице и голос стал грубее, — Он никогда раньше не говорил о тебе, а теперь ты здесь, в моём доме, вместе с ним, да ещё и другом тебя называет.
— Друзей не выбирают, Вы же сами это сказали.
— Ты мне нравишься, Билл, не буду скрывать. Я редко встречаюсь со столь жалкими созданиями, как ты. Я также редко общаюсь с ними. Ха, да я даже не могу вспомнить, когда последний раз вёл беседу с душами. Даже Кассандра, которую я вижу каждый день, просто покорно выполняет мои прихоти, я только имя её знаю. И тем более, я редко встречаю тех, кто умеет так искусно подхалимничать, как ты. Достойно похвалы. На кого ты работаешь на самом деле?
— На ЦЕРБЕР, я этого не скрывал, — я оттопырил край пиджака, чтобы показать жетон, но, похоже, Аида это мало интересовало, — Приглядываю за парнем, чтоб не вляпался в какую-нибудь историю, вот и всё.
— ЦЕРБЕР? Значит, просто охрана? Или что-то ещё?
— Нет, просто охрана.
— Он не привязывается к охранникам так сильно, чтобы тащить их сюда. Видать, он что-то в тебе разглядел. Что-то… особенное, — Аид потёр подбородок и ухмыльнулся, — Извини за мои расспросы, просто старина Аид хочет познакомиться поближе.
— Мальчики, завтрак скоро подадут! — крикнула нам Персефона и помахала рукой.
— Идём, еда уже на столе, — Аид тяжелой рукой подтолкнул меня под спину и направился в центр зала.
Я в недоумении ещё несколько секунд смотрел ему в спину. Все внутренности перевернулись несколько раз. Я тяжело дышал, не понимая от чего. Но стоило Аиду отдалиться от меня, как я начал приходить в себя. И что это было, чёрт возьми?
Ароматы, заполнившие зал, сводили с ума: пряности, свежие овощи и фрукты, мясо вполне себе достойного качества, что для этих мест — огромная редкость, благородные вина, пиалы с сыром и оливками, разнообразные соусы, сладкая и соленая выпечка — всё, что можно себе представить. Тут явно хватит еды, чтобы накормить половину Тартара. А посреди стола, словно жемчужина на короне, стоял крохотный кувшинчик с нектаром амброзии. Аид не стеснялся, а наоборот, открыто демонстрировал все эти изыски. Видимо, недюжинная доля контрабанды приходилась только на этот дом. Многие яства на столе не только было тяжело найти, но и законно это сделать практически невозможно. Одни фрукты стоят целое состояние если переводить в оболы. Видимо Владыкам закон не писан. Что ж, неудивительно.
Когда объявили о завтраке, я сомневался, что мой желудок сможет принять хоть кусочек нормальной еды после вчерашнего ракетного пойла, однако, все мои сомнения были уничтожены, как только я увидел результаты щедрого гостеприимства Персефоны.
— За нашего нового друга, жалкую ничтожную душу, которая забралась на самый вверх, дабы прикоснуться к подолу платьев богов.
— Аид, дорогой, можно было бы выбрать тост и поскромнее, — смущённо улыбнулась Персефона.
— Друзья моего дорогого племянника — и мои друзья тоже, Персефона.
Аид поднял большой хрустальный бокал, наполненный вином, и выпил всё в один глоток. Вино через край лилось у него изо рта, капая на его бороду, одежду и белые скатерти на столе. Как только он допил, он с размаху ударил дном бокала о стол и утёр лицо рукой.
— Знаешь, Билл, в бытность моего правления в Аду, когда я был не просто губернатором Тартара, а Царём Мёртвых, когда это место называлось Подземным Царством, таких, как вы, людей с поверхности, я регистрировал лично и отправлял дальше. У меня было много помощников. Помнишь, Персефона? Гипнос, Танатос, Аскалаф, Минос, Радамант… Харон был тогда ещё простым лодочником, а фурии моими охранницами. Ну и конечно мой дорогой Цербер, мой милый Цербер. А души приходили сюда нескончаемым потоком. Десятки, сотни, тысячи. Каждого записать и выбрать, куда его отправить. Я даже не знаю, что с ними было после моего суда! Удивительно, насколько преобразилась преисподняя с момента прихода Люцифера. Теперь у душ есть права, работа, жизнь, ничем не отличающаяся от земной. Удивительно, не правда ли, дорогая?
— Да, дорогой.
— А потом заставить души обслуживать самих себя, контролировать их количество, создать социальные и правовые институты. Наладить производство, развлечения, рабочие места. Сколько времени это заняло! Помню, когда Люцифер только начал строить здесь новый порядок, я не понимал зачем. Зачем так всё усложнять? Какая разница, что будет с этими душами после смерти? Но сейчас, я поражён. Я увидел, кто такие эти души на самом деле. И ты, Билл, — он ткнул в мою сторону вилкой с кусочком ягнятины, — Ты один из миллиарда, лучший представитель своего вида, ты восседаешь здесь, разделяя трапезу с богом. И чья эта заслуга?