Я кинул коробку на пол, как только зашёл за порог квартиры. Мне было плевать на эти фрукты и весь остальной хлам. Но вновь что-то заблестело на дне. Да, это было то, что я думал. Крохотная бутылочка, скорее даже склянка с плотно закрытой пробкой. Без этикетки, но сразу видно, что именно в ней плескалось за содержимое. Это нектар амброзии.
Внутри опять что-то с болью съёжилось. Во рту появился сладковатый привкус. Голова, секунду назад ноющая от боли, заполнилась мыслями. Они скакали и врезались, словно маленькие надоедливые мухи. Ладони вспотели, слюна стала тянучей, внутри загорелось пламя только от одной мысли.
Я хочу её. Хочу. Сейчас. Прямо сейчас. Да.
Это было нездоровое желание. Но что я теряю? Рассудок. Это всего лишь нектар.
Я достал из брюк смятую и испачканную в собственной крови бумажку с её номером. Подойдя к телефону с круглым циферблатом, я набрал несколько цифр и стал ждать.
— Гудок —
— Гудок —
— Гудок —
— Алло, — послышался нежный женский голос на той стороне.
— Кэт?
— Нет, это Виола. Я её сейчас позову.
Пауза. На том конце слышны разговоры, шаги и шуршание.
— Да? Кто это? — уже более знакомый и грубый голос Кэт.
— Кэт, это я.
— Кто «я»? — настороженно переспросила она.
— Билл.
— А, Билл, — она расплылась в улыбке, голос сразу стал помягче, — Чего звонишь?
— Не хочешь приехать? — я ещё раз взглянул на маленькую бутылочку со сладким нектаром в руках. На лице невольно появилась улыбка наслаждения,
— У меня кое-что есть.
Глава IV. Мелкие делишки.
И произошла на небе война: Михаил и Ангелы его воевали против дракона, и дракон и ангелы его воевали против них, но не устояли, и не нашлось уже для них места на небе. И низвержен был великий дракон, древний змий, называемый диаволом и сатаною, обольщающий всю вселенную, низвержен на землю, и ангелы его низвержены с ним.
Откровение Иоанна Богослова 12:7
Туман. Голова заполнена сигаретным дымом. Боль вперемешку с эйфорией. После того, как в твоей черепной коробке знатно покопались, смочить воспалённый мозг очередной порцией наркотической жидкости поначалу казалось хорошей идеей. Первые галлюцинации, которые я ловил, действительно были приятные и нежные. Снова райские мотивы, снова спокойствие, снова блаженство, снова эротические фантазии с Кэт, отчасти реализованные, но это не продлилось долго. Уже через пару стаканов амброзии, разбавленной бурбоном, меня конкретно разнесло. Меня отрубало, кружило, мотало из стороны в сторону и возвращало в обратно. Тошнота, головная боль, головокружение, перепады настроения, мандраж, судороги и полное расслабление. За это время Кэт уже успела обнажиться полностью, разгуливая по моей квартире голой. Она, также как и я, знатно обдолбалась нектаром, и слабо контролировала свои действия. В этот раз я не стал ограничивать её одним стаканом. Мы распили фляжку, что я принёс с рынка контрабандистов, полностью. Хорошая ли это была идея? Неоднозначно. Я почти не помнил прошедшую ночь, которая, судя по нескольким довольно ярким горячим сценам, всплывающим в моей памяти, была очень бурной.
Я очнулся с открытыми глазами. Сухими, зудящими, красными глазами. Мне было больно и тяжело моргать. Каждое движение глазных яблок сопровождалось болью, будто их катают по горячему острому песку Долины пепла. Горло драло от сухости, во рту ни капли слюны. В ушах пищало, а на потолке, куда уставился мой взгляд, бегало множество черных точек-мушек.
— Мне снились птицы, — рассказывала она лёжа у меня на груди, — Там было так красиво. А ещё деревья. С листьями. Зелёные деревья. Они колыхались на ветру. И запах такой был… М-м, свежий. А ещё трава. И небо. Да, я помню небо. Это было похоже на Рай. На райские луга. Я никогда не была в Раю. А ты?
— М? — вопросительно промычал я, потеряв суть её рассказа почти сразу же, погрузившись в свои мысли. Я пытался сообразить, что произошло и в какой момент я полностью потерял рассудок. Мысли с трудом собирались во что-то внятное. Острые осколки скорее резали мне мозг, чем показывали что-нибудь. Но одно я знаю точно: уже утро, и дел у меня уже по горло.
— Ты бывал в Раю? — повторила она, повернувшись в мою сторону.
— Мне нужно на работу, — чёрство сказал я. Кэт сразу же возбужденно подскочила, перекинула ногу через мой таз, села сверху на мой живот своим голым холодным задом и, оперившись о мою грудь руками, повисла над моим лицом и снова включила кокетливую кошечку.
— Может, задержишься ещё немного, или… Хочешь, я останусь, подожду тебя в кровати? — она выгнулась в спине и положила подбородок мне на грудь, не отрывая взгляда. Не хватало только мурчания с её стороны.