— Бац? — немного подтолкнул её я спустя несколько секунд паузы.
— А? Что? — старуха начала оглядываться по сторонам, заглядываясь то на меня, то на Джонни, пристально таращась в лицо и прищуриваясь. Джонни закипал с новой силой.
— Вы сказали, миссис Харрис. Птица, помните? Орёл этот ваш! — продолжил я.
— Орёл? Какой орёл?
— Ваш орёл бл… птица эта! — я начал говорить громко и медленно, надеясь, что до старой карги хоть так дойдёт, — Вы сказали, кружился в небе, а потом бац. Что бац?
— Блять, старичок, не трать время, — тихо сказал мне Джонни, кивая в сторону выхода.
— А! Да! Птица! Я видела птицу, она летала вон там, — она показала в окно на кухне и подбежала к окну на своих крохотных ножках и начала обращаться только ко мне, — Как сейчас помню. Видела её утром два дня назад. Кружилась, а потом бац! И упала. Камнем рухнула.
— Так вчера утром или три дня назад ночью? — уже с издёвкой уточнил Джонни.
— Рухнул? — серьезно переспросил я.
— Да, как камнем упала, я же говорю, — услышав мою заинтересованность, миссис Харрис подбежала на крохотных ножках мне в упор, чуть ли не падая на грудь, — Ну Вы же мне верите?! Клянусь Богом, я не вру! Я каждый день сюда смотрю, я видела! Правда видела!
— Не волнуйтесь, миссис Харрис, разберёмся, мы ведь за этим здесь, — спокойно ответил я и старушка сразу же успокоилась, облегченно выдохнув.
Я ещё раз заглянул в грязное треснутое окно, оглядев всё вокруг. Обычный, ничем не примечательный двор Стигийских болот. Что она здесь могла увидеть? На фоне лишь пару многоэтажных зданий, торчавших из зловонного тумана, который периодически опускался на этот район. Даже не смотря на то, что бабуля жила в относительно нормальном доме, граничащим с Асфоделем, от Болот тяжело скрыться.
Я снова загляделся в окна, пытаясь хотя бы представить, что такого здесь могло пролетать на такой высоте. Старуха явно с приветом, но что-то не давало мне покоя, зачем-то я принимал её слова за чистую монету.
— Да-да, разберёмся, миссис Харрис, обещаю, — подключился Джонни, — И да, дайте-ка взглянуть на Вашу книжку пребывания.
— Зачем? У меня там ещё два месяца было… — старуха закружилась и начала в панике искать долбанную книжку.
— Внеплановая проверка. Раз уж мы уже здесь, чтобы не тревожить вас в следующий раз, — с важным видом добавил Джонни. Харрис достала из шкатулки подранную книжку и протянула ему. Джонни скорчил умное лицо и начал шерстить по маленьким страничкам, внимательно их разглядывая.
— Всё в порядке, — ответил он через минуту, отдавая книжку обратно, — Но в следующий раз рекомендую Вам не врать. Здесь не два месяца, а полтора.
— Что?! — она сильно удивилась и начала листать книжку до последних печатей, держа её почти в упор к своим очкам.
— Нам пора, Билл, — Джонни очень активно указывал мне на выход, мотая головой в сторону. Я ещё раз оглянулся и пошёл за ним, он уже успел открыть дверь и выбежать наружу.
— Всего доброго, миссис Харрис, — кивнул я.
— Стойте, а как же моя птица?! — услышал я вслед и сразу же захлопнул дверь.
Джонни довольно улыбался и хихикал, спускаясь вниз по лестнице. Он крутил в руках листочек, демонстрируя мне.
— А? Как тебе? Неплохой навар? — он показал мне свой трофей: аккуратно вырванная страница из книжки старухи с печатью на две недели. Джонни был в этом мастером. Край ровный, даже не найти следа на корешке, — На чёрном рынке сейчас можно обменять два дня за один.
— Класс, — с сарказмом ответил я и достал пачку «Слезы Серафима», как только мы вышли на улицу. Первый раз буду пробовать их. Беленькие тоненькие сигаретки с золотой каёмкой по фильтру и большой каллиграфической буквой «S». Я со скепсисом покрутил её в пальцах, по привычке дунул на фильтр и сунул меж зубов.
— Эй, чё ты такой хмурый сегодня, старичок? — Джонни достал из кармана точно такие же сигареты, — Старуха с ума сошла совсем, говорю тебе.
Я поджег и затянулся. Дым непривычным холодком разошёлся по лёгким. Ментоловые. Почти не чувствую никакого вкуса, не то, что никотина, только блевотные нотки свежескошенной травы. Воздух здесь и то более вредный, чем этот табак. А в конце на языке и губах остался мерзкий ментоловый привкус. Я скривился и недовольно взглянул на сигарету. Собрав побольше слюны, я харкнул в сторону.
— Ну и дерьмо! — я кинул ментоловое курево в лужу.
— Эй! Ты знаешь, сколько они стоят?! — возмутился Джонни, — Да что с тобой? От старухи подхватил какую-то заразу? У неё точно личинки какие-то в мозгах живут.
— Что-то тут не так, — тихо сказал я и взглянул вверх на хмурое небо, будто надеясь увидеть ту самую птицу.
— Это у тебя никотиновое голодание, старичок. Ты правда думаешь, она что-то видела? Ты видел её очки? Старуха рук своих не видит, не то что разглядеть что-то в окне!